— Что касается меня, то я не возражаю, — продолжала Ди Энн, становясь между ними. — Когда я встречаю убийц с такой попкой, — и она похлопала имевшуюся в виду часть тела, — я готова, чтобы меня приканчивали каждый день. — Иона перевел на нее скучающий взгляд и невозмутимо двинулся прочь.

— Ну как ты? — спросила Ди Энн, обняв Лауру, когда Иона удалился.

— В подвешенном состоянии.

— Они найдут его.

— Господи, я надеюсь.

— Я уверена. Джефф слишком домашний человек, чтобы исчезнуть надолго. Ему будет не хватать тебя. Он вернется, вот увидишь.

Лаура отстранилась, чтобы посмотреть на Ди Энн.

— Если только он не уехал по собственному желанию, — сдержанным голосом произнесла она, — тогда неважно, сможет он обходиться без меня или нет. Не знаю, но почему-то некоторые считают, что он просто сбежал.

— Я так не считаю. Джефф действительно домашний человек. Ему нравится здесь, потому что здесь все привычно. Он сидит за стойкой бара, любуясь, как ты расхаживаешь туда-сюда, и заказывает всегда одни и те же любимые напитки. Можно не сомневаться, что он будет стараться вернуться. — Ди Энн нахмурилась: — А ты что думаешь, Лаура? Его нет уже полтора дня. Как ты считаешь, где он?

Лаура не переставая размышляла об этом все полтора дня. Но теперь, бесцельно бродя по залу с круассаном в руке, она чувствовала, что уже отказывается что-либо понимать.

— Не знаю. Не думаю, чтобы он попал в аварию. Мы бы уже об этом знали. Полиция проверила все дороги и больницы — и никаких результатов.

— Они все еще планируют прочесывать дно озера? — спросила Ди Энн, следуя за Лаурой.

— Ты тоже читала статью Даггана О’Нила? — искоса посмотрела на нее Лаура.

— Ее читали все.

— Ну так он ошибается. Или намеренно лжет. Полиция не собирается прочесывать озеро. Он спросил их, стали бы они это делать, если бы на то появились веские причины, и они ответили, что стали бы. Но пока у них нет на то никаких оснований. К половине десятого утра они осмотрели каждый дюйм побережья и не обнаружили ни единого следа, который напоминал бы отпечаток шин «порше». — Дойдя до одного из альковов, Лаура поднялась на ступеньку и опустилась в кресло. — Существует еще вероятность, что он потерял сознание, очнулся с амнезией и теперь едет только одному Богу известно куда. Но рано или поздно ему придется остановиться у заправочной станции, и тогда он взглянет на свою кредитную карточку или увидит свое имя и адрес в правах.

Ди Энн села в соседнее кресло.

— А что, если его ограбили? Забрали все документы? Тогда, если у него амнезия, он не будет знать, куда деваться. Его могли связать, закинуть на заднее сиденье и увезти за пределы округа, даже за пределы штата, куда-нибудь на Средний Запад. Его могли выбросить где-нибудь на пустынной дороге среди пшеничных полей Висконсина.

— В разгар зимы, — сухо добавила Лаура. — Большое спасибо, Ди. — Она отломила кусок круассана и уронила его в тарелку вместе с тем, что оставалось у нее в руках.

— Зима не зима, но, если на дороге, его найдут. Его найдут, Лаура.

Лаура кивнула. Ей ничего не оставалось, как верить в это. Даже если он уехал по собственному желанию, чему она отказывалась верить, несмотря на рассказ Лидии об этом взгляде, его все равно найдут.

— А пока мы будем работать как всегда, — проговорила она, трогая черенок ложки, на котором маленькими квадратными буквами было выгравировано «Вишни».

— Ты будешь здесь или дома?

— Не знаю. — Лаура проткнула круассан ложкой. — Наверное, то здесь, то там. — В глубине души она страшно хотела пойти на кухню и включиться в работу, готовя блюда для сегодняшнего выездного обслуживания. Но с другой стороны, она уже волновалась, не звонил ли кто домой, хотя уехала всего полчаса назад. — Скотт возвращается. Мне нужно побыть с ним. Но я хочу, чтобы здесь знали, что все в порядке. — Отложив ложку, она принялась крошить круассан.

— Люди станут болтать, — тихо проговорила Ди Энн.

— Знаю. — Лаура методично отрывала от круассана кусок за куском.

— Будут приходить сюда, выпивать пару стаканов вина и обсуждать Джеффа за салатами.

— Ага. — Лаура сосредоточенно продолжала крошить круассан.

— Если меня будут спрашивать, что я должна говорить?

Лаура злобно улыбнулась и оторвала еще кусок.

— Можешь пичкать их своей историей о пшеничных полях Висконсина.

— Я серьезно. — Ди Энн положила ладонь на руку Лауры, чтобы остановить ее расправу над круассаном.

— Поступай как знаешь, — судорожно вздохнула Лаура. — Я доверяю тебе.

И она действительно ей доверяла. Они познакомились восемь лет назад, когда Ди Энн, прочитав объявление в газете, пришла помогать Лауре в выездном обслуживании мероприятий. В кулинарии она не слишком разбиралась, зато сразу стало ясно, что в общении с людьми она просто волшебница. Хорошо сложенная, с песочной гривой вьющихся волос, свежей кожей скорее двадцатишестилетней, чем тридцатишестилетней женщины, она была привлекательна и естественно превратилась в метрдотеля ресторана. Она была скромна, дружелюбна, хорошо запоминала имена, лица и излюбленные напитки постоянных посетителей, прекрасно ладила не только с мужчинами, но и с женщинами. К тому же она была тактична. Она знала, что нельзя сажать главу исторического факультета из Амхерста рядом с главой аналогичного факультета колледжа Смита после жаркой борьбы, которую те вели за присуждение гранта. Политическая жизнь била ключом в западном Массачусетсе, и Ди Энн Кирхем следила за событиями.