И продолжил обход. Может, ничего страшного и не случится, и статус-кво восстановится.

Но сердцем он чувствовал, что это вряд ли. Федеральное налоговое управление и Управление по борьбе с наркотиками налетели на Фолкрофт как ангелы-мстители. Какая уж тут ошибка! Это очень могущественные и значительные для государства ведомства с весьма квалифицированными специалистами. Они не ошибаются.

Если в душе доктора Герлинга еще оставались какие-то сомнения, то состояние доктора Смита их полностью рассеяло.

Герлинга попросили оценить это состояние и, посовещавшись с врачами Фолкрофта - те, впрочем, так и не нашли у директора каких-либо органических изменений, - Герлинг пришел к однозначному заключению.

– Видимо, подобное состояние имеет психосоматическую природу, - сказал он агенту ФНУ по имени Джек Колдстад.

– То есть он притворяется?

– Нет, я хочу сказать, оно возникло потому, что сознание мистера Смита отказывается воспринимать неприятную для него реальность.

– И что же это?

– Различные внешние проблемы. Страх. Депрессия.

– А как насчет чувства вины?

– Да, и чувство вины тоже. Это очень сильное чувство. Он может чувствовать себя виноватым по отношению к чему-то в своем прошлом.

– Он виновен в том, что не выплатил налоги дядюшке Сэму - вот в чем!

– Вот уж никогда не слышал, чтобы человека разбил паралич из-за того, что тот не выплатил федеральных налогов.

– Тем не менее, я так и напишу в своем отчете.

– Да, но это только вероятность и ничего более. Доктор Смит вполне может испытывать и другие чувства, вызывающие это состояние.

– Чувство вины - это мне понятно. Мы обнаружили, что он уклонялся от уплаты налогов, и уведомили его об этом. Он виновен - и дело с концом!

– Разве это решает не суд?
– удивился доктор Герлинг.

– Кто виновен в уклонении от уплаты налогов, решает ФНУ, повернувшись, рявкнул Джек Колдстад, - а не какой-то там суд!

Именно в этот момент доктор Герлинг перестал рассчитывать на Харолда В. Смита. В конце концов, вряд ли он так уж чист перед законом. Жаль: он был прекрасным администратором, хотя и большим скрягой.

Завершив обход, доктор Герлинг направился к своему кабинету. И тут он услышал звуки, от которых сердце его бешено забилось.

Это был барабанный бой. Бум, бум, бум, бум, бум - раздавалось снова и снова. Монотонный, безостановочный и до странности знакомый звук.

Повернувшись, Герлинг двинулся прямиком на стук барабана. Грохот раздавался где-то совсем рядом, хотя и не очень явственно. Вертя головой из стороны в сторону, доктор торопливо шагал вперед. Полы халата, развеваясь, хлопали его по коленям.

Вот, уже близко. Так близко, что, казалось, протяни руку и наткнешься на барабан.

Герлинг умерил шаг. Еще чуть-чуть~ И тут он определил, откуда исходит звук. Явно из палаты Пурселла!

Элдас Герлинг осторожно проскользнул к квадратному окошку из толстого армированного стекла. Стараясь оставаться незамеченным, он краем глаза заглянул в комнату.

Иеремия Пурселл смотрел телевизор. Программа, очевидно, ему очень нравилась - лицо пациента так и светилось весельем, а губы издавали кудахтающие звуки.

Барабанный бой, без сомнения, доносился из этой комнаты.

Доктор Герлинг повертел головой в поисках источника звука и наконец определил, что это. Барабанный бой раздавался из динамиков телевизора. Реклама! Доктор Герлинг захватил последние несколько секунд передачи, когда плюшевый розовый кролик чудом ускользнул от гигантской гориллы.

Колотя в барабан, марширующий кролик двинулся к закату, на спине его красовалось название фирмы - изготовителя батареек.

– Боже мой!
– ужаснулся Герлинг.
– Неужели это всего-навсего дурацкая реклама?

Он решил никому об этом не сообщать. Фолкрофтская лечебница теперь находится под контролем ФНУ, а они вполне могут уволить любого под самым идиотским предлогом.

"Или хуже того, - вздрогнув, подумал Герлинг - наслать аудиторскую проверку".

В конце концов, если кто-то признан сумасшедшим, то разве не подозрительны его налоговые декларации?

Глава 9

Взволнованный мастер Синанджу, подобно беспокойно кудахчущей курице, метался по подвалу Фолкрофтской лечебницы.

Где же Римо? Он обещал не задерживаться. Ведь теперь его очередь сторожить золото, которое отныне принадлежит Синанджу.