– Читвуд исчез. Пульт управления испорчен.

– Что там произошло?
– осведомился хриплый раздраженный голос.

– Не знаю. Тут следы рвоты. Может быть, Читвуд облучился суперзеленым?

– Сидя в зале, облучиться невозможно. Прокрутите видеозаписи.

Марк просматривал кассеты, пока на экране не возник Род Читвуд, уткнувшийся лицом в собственную блевотину. Потом телевизор полыхнул зеленым, Марку стало дурно, но все же он сумел удержать пищу в желудке. Это оказалось нетрудно. Как-никак, французская кухня, хотя и железнодорожная.

– По-моему, французам удалось завладеть нашей технологией, - доложил он.

– Женщина?

– Да, похоже на то.

– Будь проклят ее дальтонизм! Должно быть, она сумела включить мой гиперглаз. Не сдавайте позиции. Мы выступаем.

– Сэр...
– заговорил было Марк, но трубка уже умолкла, поэтому он уселся в кресло перед главным экраном и попытался свести воедино свои детские воспоминания и грубый голос, отдававший ему приказы.

Дядя Сэм сам собирался навестить "Евро-Бисли". Зачем? В инструкциях, полученных Марком перед началом операции, об этом не было ни слова.

* * *

Первым о разгроме Легиона в "Евро-Бисли" узнал министр культуры Морис Туре.

– Кто?
– воскликнул он, брызгая слюной.
– Кто виновен в этом позоре?

– Солдаты противника наступали в мундирах армии Наполеона III, ответил секретарь.

– Наполеон III?
– Морис задумчиво пожевал губами, переваривая информацию. Этого не могло быть, следовательно, не могло быть никогда. Неужели опять американцы мутят воду? Просмотрев последний выпуск "Монд", Туре нашел фотографии с места событий, которые французская пресса называла "происшествием у Кратера".

Итак, захватчики прибыли из Америки, решил министр. Они явились, чтобы продолжать наносить оскорбления Франции. Они заплатят за это.

Морис Туре взял трубку и набрал номер командующего военно-воздушными силами.

– Mon General, у меня ужасные известия. Но ваше своевременное вмешательство спасет положение. Культурный Чернобыль вновь оказался в руках противника. Вероятно, единственный способ покончить с ним раз и навсегда это превратить его в настоящий Чернобыль. Не найдется ли у вас атомной бомбы? Ах, найдется!.. Отлично. Тогда слушайте...

* * *

Вертолет цвета черного янтаря, проскользнув над холмами парижских пригородов и крышами окрестных ферм, опустился в "Евро-Бисли".

Марк Кобьен следил за вертолетом, провожая его объективами телекамер. Когда машина приземлилась, Марк без особого удивления, хотя и с легким испугом, увидел Боба Бисли, который выпрыгнул из кабины и помог спуститься Дяде Сэму.

Сэм Бисли был в белоснежном мундире с золотым кантом и оплетенными шнурком эполетами. Его одежда напоминала Марку форму итальянских адмиралов. Сэм двинулся вперед, опираясь на серебряную трость и отвечая на приветствия солдат в фуражках с силуэтами мыши из черного фетра.

Это великолепное зрелище наполнило душу Кобьена дурными предчувствиями.

К его облегчению, левая глазница Сэма была прикрыта белой повязкой. Марк ни за что не согласился бы еще раз взглянуть в его пульсирующий стальной глаз...

* * *

Директор ОВБ Реми Ренар никого не вызывал, поэтому, когда распахнулась дверь помещения охраны, он повернулся и гневно взглянул в ту сторону.

Дверь с грохотом ударилась о стену, рассыпая осколки зеркального стекла.

В кабинет влетели Доминик Парилло и пленник из компании Бисли по имени Род Читвуд.

Следом появились два самых странных человека, когда-либо вторгавшихся в пределы ОВБ. Один из них был типичный американец, другой - очень старый азиат.

– Он пришел за спутником!
– крикнула женщина.

– Да, я пришел за спутником, - подтвердил американец.

– Вы его не получите!
– заявил Ренар, вставая между незваным гостем и толстой стальной дверью с сейфовым замком.

Белокожий американец шагнул к двери, по пути схватив Ренара за локти и отставив его в сторону, словно вешалку для пальто.

Реми судорожно сглотнул, пытаясь унять гадкое ощущение в желудке. Ни разу в жизни он не чувствовал себя столь беспомощным. Создавалось впечатление, что американец попросту его не замечает.

– Толщина двери восемь дюймов, - прошипел он.
– Комбинацию замка знают только два человека во всем здании, и, чтобы его открыть, нужны оба, - один из них здесь, второго здесь нет.

– Да, толстовата, - промолвил американец, окидывая цель озабоченным взглядом.

– Надеюсь, вы понимаете, что всякая попытка взломать дверь заранее обречена на провал?