– Да, трудновато, - согласился тот.
– Подожди здесь, папочка.
– И вышел из комнаты.

Реми Ренар позволил себе несколько расслабиться. Если он сумеет выстоять еще несколько минут, все закончится благополучное. Вот-вот прибудет подкрепление, и тогда этим двум ни за что не улизнуть из здания. Во всяком случае, если они действительно безоружны, как показалось директору.

В коридоре послышалась какофония кошмарных звуков. Сначала донесся грохот парового молота, сменившийся уханьем пресса для утилизации старых автомобилей. Протестующе заныли штукатурка и плинтусы. Послышался горестный стон металла - ужасный, жалобный, невыносимый.

Потом раздались звонкие удары - не будь директор ОВБ уверен в обратном, он был бы готов поклясться, что они доносятся из-за стальной двери. Однако дверь звуконепроницаема, к тому же другого входа в сейф не существовало, а замок был крепко заперт.

Наконец шум стих, и на пороге кабинета появился американец. Стряхнув с рук пыль и штукатурку, он разжал правый кулак и, растерянно моргая, показал присутствующим ладонь.

– Там нет никакого спутника, зато я нашел вот это, - сказал он.

Реми Ренар не смог сдержаться и изумленно открыл рот.

На ладони американца лежал гиперцветовой глаз.

– Невероятно, - выдохнул директор ОВБ.

– Се ля ви, - отозвался американец.

– Сейчас мы уйдем, - холодным тоном заявил старый азиат.
– Я оставляю тебе жизнь и строгое жизненно важное предупреждение.

– Интересно, какое?
– брякнул Ренар.

– Знай, несчастный, орлиный трон Америки находится под защитой мастера Синанджу, и любое дальнейшее усугубление ситуации вызовет немедленный и жестокий отпор.

Реми Ренар был не из пугливых, но слова корейца заставили его похолодеть, и он осознал всю серьезность происходящего.

Ренар готов был жизнь отдать за Францию, но терять Францию не хотел.

Именно в этом и состоял смысл предостережения, дух которого еще долго продолжал витать в пыльном воздухе после того, как мастер Синанджу в сопровождении своей свиты покинул кабинет.

Не услышав ни выстрелов, ни звуков борьбы, Реми Ренар наконец вытащил ногу из лужи собственной мочи.

Он бросился к телефону и позвонил Президенту Франции. Тут уж не до охраны культуры! На карту поставлено само существование государства. В такой войне министр культуры был лишним.

Глава 29

Выйдя из здания штаб-квартиры ОВБ, Доминик Парилло заявила:

– Вам не выбраться из Франции!

– Не говорите так, - с притворным испугом сказал Римо.
– Мне еще нужно найти отца, которого я никогда не видел.

– Я серьезно. Вас убьют.

– По-моему, он стоял здесь, - пробормотал Римо, оглядываясь в поисках такси. Не найдя машины, он повернулся к француженке: - Где вы оставили свой автомобиль?

– Не скажу. Ни за чьто.

– Вот как?

– Ни за чьто!

И в то же мгновение к Доминик метнулась рука и стиснула ногтями мочку уха.

Парилло вскрикнула. Ей казалось, она завизжала так, что ее услышала добрая половина Парижа. Но переводя дыхание, она внезапно поняла, что из ее уст не вылетело и звука. Осознав это, Доминик неистово закивала головой, надеясь освободиться от непонятной силы, причинившей ей такую ужасную боль.

– По-моему, она передумала, папочка, - обратился Римо к невидимому источнику этой непонятной силы.

Боль исчезла.

Доминик схватилась за набухшую пульсирующую мочку и обернулась, успев мельком заметить длинные ногти мастера Синанджу, прятавшего руки в рукава черного кимоно. Женщина тут же все поняла.

– Теперь вы знаете, почем фунт лиха!
– съязвил Род Читвуд.

– Я поставиль машину в гаражь, - покорно произнесла женщина.

Компания двинулась за ней следом и остановилась у ворот гаража. Они были заперты, но между створками оставалась щель шириной около фута, через которую вполне мог протиснуться худой человек.

– Ждите здесь, - распорядился Римо и повел женщину в гараж.

Не прошло и минуты, как ворота откатились в стороны, и из гаража выехал небесно-голубой "ситроен". Дверцы распахнулись, и Род с Чиуном забрались в салон.

– Доминик согласилась отвезти нас в аэропорт, - сообщил Римо.

– Я не имела выбора, - недовольным голосом отозвалась женщина.

– Мы всегда так или иначе добиваемся согласия, - заметил Римо.

– Нам не добраться до аэропорта, - сказала Доминик, выехав на дорогу с оживленным движением. Она на мгновение убрала ногу с педали газа и нажала потайную кнопку в полу - встроенные микрофоны тотчас начали транслировать разговор в ОВБ.
– Нас остановят.