– Что?!

– Пчела Браво, или, как ее еще называют, пчела-убийца.

– Она такая большая, желтая, мохнатая... Очень похожа на убийцу!

– Африканские пчелы-убийцы настолько малы, что их практически не видно невооруженным глазом. К тому же они вовсе не мохнатые, – невозмутимо заметил Вюрмлингер.

– А эта была мохнатой!

– Хорошо бы взглянуть на нее своими собственными глазами.

Кромболд подвел доктора Вюрмлингера к запертой двери кабинета, некогда принадлежавшего покойному доктору Нозоки. Вюрмлингер долгим взглядом окинул мертвого оператора и, судя по всему, решил, что живая пчела гораздо интереснее мертвого человека.

– У меня есть ключ от кабинета, – промолвил доктор Кромболд.

– Но это небезопасно! – испуганно воскликнула Тамми. – Может, сначала слегка прыснуть под дверь каким-нибудь инсектицидом, а?

От этих слов блондинки Вюрмлингера заметно передернуло.

– Несомненно, пчела уже давно мертва, – холодно обронил он.

Доктор Кромболд отпер замок и широко распахнул дверь.

– И бояться тут нечего, – заверил остальных Вюрмлингер.

Тамми снова водрузила на плечо покалеченную, но все еще вполне работоспособную видеокамеру. Даже накамерный свет загорелся, когда девушка нажала соответствующую кнопку. Вот только защитное стекло оказалось разбитым, и перед раскаленной лампой едва заметно вился парок.

Доктор Кромболд шагнул первым и огляделся. Заметив недоумение у него на лице, Тамми сказала:

– Помните, она заползла прямо под дверь? Поищите ее на полу!

Доктор Кромболд послушно опустил глаза.

– Не видно тут никакой пчелы, – огорченно выдавил он.

Тогда в кабинет вошел Вюрмлингер и стал внимательно разглядывать помещение.

На полу пчелы действительно не оказалось. Не было ее и под массивным столом красного дерева. Ее искали под ящиками каталога, в корзине для бумаг, даже среди костей человеческого скелета, стоявшего в кабинете в качестве иллюстративного материала. При этом скрепленные стальной проволокой кости скелета зловеще позвякивали.

– Нет никакой пчелы!

Тогда в кабинет осторожно проскользнула Тамми и стала светить ярким накамерным светом во все углы, приговаривая:

– Сейчас выманю маленькую бестию...

– Несомненно, она уже давно мертва, – настойчиво повторил Вюрмлингер.

– Не поверю до тех пор, пока своими глазами не увижу ее мохнатое дохлое тело.

Вюрмлингер как-то странно вздрогнул и озадаченно взглянула Тамми.

– Так вы говорите, она была мохнатая?

– И даже очень! Смотрелась прямо как крошечная варежка в черную и желтую полоску.

– Значит, это был шмель, обыкновенный шмель!

– Невероятно обыкновенный! Я никак не могла его убить, словно это было не насекомое, а Кощей Бессмертный!

– Вообще-то шмели по своей природе вовсе не агрессивны и очень редко кусаются.

– А здешний укусил, да еще как! И мы все это видели!

Вюрмлингер нахмурился.

– Вряд ли это мог быть трутень, самец медовой пчелы. Природа не снабдила их модифицированными яйцекладами, то есть жалами. Значит, и ужалить трутню нечем. К тому же у них нет мешочков с ядом. Итак, трутень не может ни ужалить, ни впрыснуть яд, поскольку у него просто-напросто нет такого биологического аппарата. Однако и шмели не склонны к агрессии...

– Найдите эту тварь и сразу поймете, что все как раз наоборот! – стояла на своем Тамми. – Ужасно злобная гадина!

Все, за исключением девушки, снова принялись за поиски пчелы. А журналистка стала медленно водить объективом вдоль стен кабинета, снимая все на пленку.

В конце концов мужчины были вынуждены сдаться и прекратить бесполезные поиски. Им так и не удалось обнаружить пчелу – ни живую, ни мертвую.

– Крайне странно... – бормотал Вюрмлингер.

– А может, она уже выползла из кабинета? – предположила Тамми.

В ответ доктор отрицательно покачал головой.

– Совершенно невозможно! После всего, что с ней произошло, она должна была непременно погибнуть.

– Жаль, пчела об этом не знала, – съехидничали девушка, гася накамерный свет.

Тут в проеме двери кабинета показалась чья-то голова, и Тамми невольно вздрогнула от неожиданности. У мужчины были высокие скулы и очень глубоко посаженные глаза. Одной рукой он придерживал дверь, и в глаза Тамми тотчас бросилось необыкновенно широкое запястье.

– Кажется, мы с вами знакомы? – вопросительно взглянула на вошедшего девушка.

– Вы когда-то работали стюардессой? – вопросом на вопрос ответил незнакомец с мощными запястьями.

– Нет.

– Тогда вряд ли мы с вами знакомы.

Предъявив свое удостоверение, мужчина представился:

– Римо Теан, Центр санитарно-эпидемиологического контроля. А вот Брюс Ри.

В кабинет тотчас шагнул старик азиатской внешности и, взглянув на Тамми, воскликнул:

– А я вас знаю!

Девушка тщетно пыталась узнать старика.