Его изъяли очень быстро, почти мгновенно, догадался Защитник. Способ не вызывал сомнений – трансгрессия, дистанционная трансгрессия, которую он не успел зафиксировать. Такая возможность была не у всех; портал – не стасис, и чтобы открыть его с большого расстояния, нужны громоздкие устройства и кратковременный, но мощный импульс энергии. Это могли бы сделать ротеры, или бесформенные с их базы на Луне, или имперский корабль… Кто еще? Очевидно, триподы, пришельцы из мертвой галактики, но о них даже обитателям Ядра было известно немногое – эта миролюбивая раса беглецов не давала повод для тревоги. Они предпочитали планетам свои космические поселения, ни с кем не враждовали, никому не угрожали, не имели боевого флота, и их союз с Внутренней Ветвью мнился не совсем понятным – впрочем, существа с их печальным опытом могли страшиться агрессивности земного человечества. Обладая высоким уровнем знаний, они сумели бы открыть портал прямо с марсианской орбиты, но для чего?.. С какой целью?.. Чтобы похитить человека?.. Это казалось бессмысленным. Нет, решил Защитник, триподов нужно исключить – тем более что они пребывают в долгой спячке.

Однако, пока он тешился схваткой с харрами, кто-то, не пожалев усилий и энергии, захватил подопечного и отправил… Куда? Тут имелись варианты: межзвездное пространство, стасис или планета с кислородной атмосферой, подходящая для гуманоидов. Если объект попал в среду, где нет условий для белковой жизни, он уже мертв, и с этим надо примириться. Стасис, щель в ткани пространства, в которой создан иллюзорный мир, тоже мог уничтожить человека, но иным путем, с помощью опасных фантомов или развоплощения личности. Собственно, видение Гирхадна’пеластри как раз являлось стасисом, и других щелей или попыток их создать Защитник не обнаружил. Так что подлежала проверке лишь третья гипотеза, с планетой, пригодной для гуманоидов. Но таких небесных тел, известных и никому неведомых, в Галактике насчитывались миллионы. Сколько, не знали даже Обитающие в Ядре.

Причина инцидента не составляла тайны для Защитника. Его отвлекли, подбросив фантом знакомого мира, некую модель его воспоминаний, а памятью он дорожил – что являлось еще одним отличием от робота, конструкции разумной, но не умеющей ценить случившееся в прошлом. Если использовать земные термины, он был виновен в недосмотре, но рефлексиям не предавался и чувства вины не испытывал. Бесполезные эмоции для сущности, чья цель – служение, чей разум логичен и холоден. В сложности Мироздания, породившего жизнь или что-то подобное ей, не приходилось сомневаться, как и в том, что в сложной системе бывают сбои и ошибки.

Но ошибка должна быть исправлена. Он знал, как это сделать.

– Кажется, мы его потеряли, – произнес эмиссар, всматриваясь в повисшую в воздухе картину. Горный склон, скалы, сосны, водопад, и над ним – мерцание радуги… В центре небольшой поляны – фигура Защитника. Он застыл в неподвижности, скрестив на груди мощные руки и запрокинув голову вверх.

– Это есть невероятный! – воскликнул Кхх, сжимая огромные кулаки. – Куда глядеть этот образина из Ядра? Может, спать? Но мой известен, что такие не спят!

– Его отвлекли. – Седой вызвал другую картину, с выпуклыми дисками, словно нанизанными на невидимый стержень. Оба изображения передавались автономными зондами, перемещавшимися в пространстве между Землей и Луной. – Его отвлекли, – повторил эмиссар. – Защитник не машина и, как все мы, может ошибаться. Хотя я согласен, это невероятно. Точнее, маловероятно.

– Свяжемся с ним? – Савура, координатор гималайской базы, повел рукой в сторону изображения с Защитником.

– Нет. – Седой, будто прислушиваясь, закрыл на секунду глаза. – Он сканирует Солнечную систему и уже добрался до орбиты Урана. Пусть закончит, не будем ему мешать.

– Досточтимый полагает, что ему удастся найти потерю? – спросил логик Семанг’акхглу.

– Уверен, что в пределах звездной системы поиски бесполезны. Спрятали хорошо, но, по всей видимости, оставили в живых. Что создает, как говорится в этом мире, крайне щекотливую ситуацию.

– Именно так, – подтвердил Савура. – С одной стороны, он еще не Связующий и не имеет статуса неприкосновенности. С другой, его не уничтожили, а переправили куда-то – вполне возможно, в подходящий для жизни мир. Есть ли тут нарушение Договора? Спорный вопрос!

– А Защитник? – рявкнул Кхх. – Его… как назвать… этот отвлечений, так? Кто-то есть за него виноватый!

Из четырех представителей Внешней Ветви, собравшихся в овальном зале станции, Кхх был единственным, кто сохранил свое природное обличье. Раса гигантских гоминидов была идеально приспособлена к гималайскому климату и ландшафту. Родная планета Кхх пребывала в периоде долгого оледенения, так что горы, тундра, ледники и занесенные снегом леса являлись для этой расы естественной средой обитания. Покрытые плотной шерстью, они не нуждались в одежде, их длинные руки и ноги с огромными ступнями прекрасно подходили для лазанья по скалам, слой подкожного жира предохранял от холода. Временами Кхх и его сородичи, соскучившись в замкнутых помещениях базы, выбирались на поверхность, бродили среди снегов, оставляя следы, втрое превосходившие отпечаток ноги человека, ночевали в ледяных пещерах и радовались жизни. Это не осталось незамеченным, породив легенды о йети.

– Раз кто-то виноватый, надо найти и наказать! – Кхх снова напомнил о себе. Он плохо изъяснялся на галактическом интерлинге – его гортань была приспособлена к звукам отрывистым, хриплым и рычащим.

– Иллюзии Защитника не относятся к Договору и нашей миссии, – возразил Седой. – Он прислан сюда затем, чтобы беречь и охранять перспективного кандидата в Связующие. Если Защитника отвлекли, обманули, даже напали на него, все это вне нашей компетенции. Считается, что Защитник неуязвим и всегда может постоять за себя и своего подопечного.