Невозможно! – подумал он. Утрака не имеют такого мощного оружия! Атмосферные разряды тоже не могли пробиться сквозь защитные поля. Его кораблю ничего не грозило, кроме удара плазмы огромной энергии или потока античастиц.

Экран внешнего обзора уже не пустовал – что-то приближалось к диску. Не ревущая машина туземцев, не их снаряд, а нечто невероятное – фигура существа, парившего в воздухе с распростертыми конечностями. По виду – утрака, в обычной для них одежде, но, увеличив изображение и заглянув в его лицо, пилот почувствовал ужас. Он не смог бы назвать причину страха; скорее всего, инстинкт подсказывал ему, что эта тварь – создание иного мира, никак не связанного с планетой и звездной системой, в которой он пребывал. Страшное, могущественное существо! Его черты, при внешнем сходстве, не походили на лицо утрака – застывшие, словно вырубленные из льда, жуткие, пугающие… Осознав это, пилот опустил веки на свои огромные глаза, стиснул ушные клапаны и приготовился к смерти.

Он умер быстро и превратился в пыль вместе со своим летательным аппаратом. Пыль еще не достигла земли, как третий диск, большой корабль, что поднимался над могильником, пронзили молнии. Удар был страшен, и вскоре над свалкой закружилось еще одно пылевое облако.

При необходимости Защитник мог выйти в космос. Разумеется, это требовало адаптации к условиям безвоздушной среды, пронизанной жестким излучением, но перестройка не была такой длительной, как при его появлении на Земле. К пустоте, холоду и радиации его организм приспосабливался легче и быстрее, чем к гомеостазу планеты с плотной атмосферой и обширной водной поверхностью. Прошло несколько дней, и преобразование завершилось. Это время он провел в безлюдных горах вблизи станции Внешней Ветви – лежал в пещере под ледяным карнизом и обследовал Солнечную систему – разумеется, ментально.

В заатмосферном пространстве вращались десятки сателлитов Внешней и Внутренней Ветвей, служивших для наблюдения за планетой и взаимного контроля. Нарушения Договора в этом не было – наоборот, предписывалось тщательно следить за развитием земной цивилизации, не вмешиваясь в возникающие на Земле конфликты, даже если они грозили глобальной катастрофой. Вполне естественно, Внешняя Ветвь базировалась на планете, так как главной ее задачей являлся поиск Связующих, а также их обучение и выбор тех неординарных личностей, которым контактеры оказывали помощь. Расы Внутренней Ветви могли, в согласии с Договором, располагать базами в космическом пространстве, на Луне и любых планетах Солнечной системы – за исключением Земли, наблюдаемой лишь с помощью сателлитов и прочих аппаратных средств. Станция бесформенных, лидеров Внутренней Ветви, находилась на Луне, неподалеку дрейфовали корабли ротеров, Живущие в Воде устроились на поверхности Марса, в зоне привычной им гравитации, и рядом с четвертой планетой висели три тороида триподов. Менее значительные соратники Внутренних обосновались на своих кораблях вблизи земной орбиты; они поддерживали связь с базой на Луне и следили за космическими аппаратами, стартующими с Земли к Венере, Марсу, Юпитеру и другим планетам-гигантам.

В околосолнечном пространстве также находился имперский звездолет, огромный мощный боевой корабль, и некоторое время Защитник размышлял, согласуется ли это с Договором. Но в статьях, хранившихся в его бездонной памяти, не говорилось о том, что всякая галактическая раса обязана поддерживать одну из Ветвей; значит, не возбранялось занимать нейтральную позицию. К тому же Солнечную систему не подвергли блокаде, она была доступна для визитов, так что семипалые имели право послать сюда наблюдателей. Небольшой лайнер без оружия был бы лучшим вариантом, но, в конце концов, что и куда посылать – дело Империи. Эту ситуацию Защитник оценивал иначе, чем лидеры Внешней и Внутренней Ветвей, так как не видел в имперском корабле угрозы. Возможно, угроза имелась, но в прошлом, а не теперь, когда его перебросили с Гирхадна’пеластри на Землю; в данный момент он здесь, и может, в случае необходимости, быстро разобраться с семипалыми.

Адаптация завершилась, но Защитник провел в пещере еще некоторое время. Сохраняя полную неподвижность, он сканировал пространство над планетой и ждал, ждал с терпением охотника, уверенного, что добыча близка. Ожидание было не напрасным – в один из дней его ментальный щуп соприкоснулся с кораблями ротеров. Три корабля, большой аппарат и два малых диска, вошли в атмосферу и стали спускаться к поверхности центрального материка, к району, где находилась свалка промышленных отходов. Место далекое от гор, служивших убежищем Защитнику, но расстояние не было проблемой: он настиг корабли и уничтожил их. Затем, преодолев воздушную оболочку, поднялся в холодные просторы космоса. Волны тяготения несли его; под ним медленно поворачивалась огромная сфера Земли, близ нее сиял серебристый лунный диск и пылала далекая звезда, которую люди называли Солнцем. Он направился к Луне.

Флотилия ротеров зависла над полушарием спутника, невидимым с планеты. Защитник нашел ее с легкостью: шестнадцать огромных дисковидных кораблей, соприкасавшихся центральными куполами, точно гигантская елочная гирлянда. Он рассматривал их, проницая сквозь броню ментальным зрением, вникая в их устройство и расположение отсеков. В верхней части купола – рубка, тесный полусферический зал, в нижней – ангары с малыми дисками, шлюзы и какие-то механизмы – очевидно, система жизнеобеспечения; ангары, шлюзы и рубку кольцом охватывает коридор с проходами к жилым отсекам, лабораториям, хранилищам припасов; на периферии – оружие, планетарные двигатели и установка для входа в портал. Все корабли одинаковы, и всюду ротеры, сотни, тысячи существ; суетятся, мечутся, словно пчелы в улье, в каждом отсеке, у шлюзов, в рубках и переходах. Но один зал почти пустой: трое – видимо, навигаторы – у экранов и консоли управления, четвертый – за их ложементами, его конечности трясутся, то ли от ярости, то ли от страха. Прозондировав четвертого и убедившись, что его предположения верны, Защитник скользнул в рубку. Корабельная броня не являлась для него помехой.

Сидевшие у пультов смотрели на него в оцепенении, выкатив огромные глаза и оттопырив носовые клапаны. Защитник никогда не встречался с представителями этого народа, но имел о нем полную информацию – как, впрочем, и о других разумных обитателях Галактики. Физиология, социальное устройство, технический уровень, способы общения, включая языки и знаковые системы множества рас – все это было заложено в его память, в те вспомогательные разделы, к которым он мог обратиться в любой момент. Только одно являлось препятствием для контакта – отсутствие нужных органов; так, звуки чужого языка порождаются определенной конструкцией речевого аппарата, а система знаков требует особых мышц и нужного числа конечностей. Сейчас это не было проблемой; сохраняя земное обличье, Защитник мог общаться с ротерами.

Четвертый, тот, что стоял за спинами навигаторов, отшатнулся. Немного похож на человека, отметил Защитник, но не соответствует их эталонам красоты. Мысль была мимолетной; внешность ротеров его совсем не занимала. Он ждал, осматривая рубку и находившихся в ней существ.

– Утрака! – выкрикнул ротер, цепляясь за изголовье ложемента.

– Великая Галактика! Как он здесь очутился?

– Не будь глупцом, Тья Ньикада, – послышался рокочущий голос. – Разве утрака способны летать в пустоте без своих кораблей? Разве могут они проходить сквозь стены? Это Защитник! Он здесь! Добрался до нас!