И это было начало конца

И все же…

Нет, Тучегон. Это не было самоубийством. Мы могли победить… да, могли… могли…

Воевода не произнес этого вслух. Тучегон, мудрый и старый Кудесник, прочитал все в угасающем взоре. И потупил глаза.

— Он мертв?

— Мертв. Это был великий человек. Свое последнее сражение он все-таки выиграл. — Голос старшего Кудесника зазвучал надтреснуто. — Он доказал, что даже мудрейший из Кудесников, непогрешимый Тучегон, глава Совета, может ошибаться: люди, наделенные таким духом, могли победить. И заслуживали победы.

— Но ты не сказал ему о том, что они сражались лишь с частью Орды. Что военные вожди Турлок и Хваг еще не соединились со Змеиным Лордом.

— Нет…

Тучегон задумался и, склонив голову, долго смотрел на обмякшее тело Брэнибора.

Волчий Дух терпеливо ждал подле. Вокруг суетились люди, внося в часовню Травника все новых и новых раненных. Несколько оруженосцев, приблизившись, с почтением забрали тело воеводы.

Наконец старший Кудесник встряхнулся и, обернувшись к Волчьему Духу, отрывисто приказал:

— Нам нужно собрать Совет! Сейчас же. Я принял решение.

— Итак, братья, я принял решение. — Тучегон медленно обвел взглядом лица пяти явившихся по его зову Кудесников. — Но прежде, чем я его оглашу, нам необходимо присутствие всех членов Совета. Где Дубоворот?

— Сегодня он покинул город, — опустив голову, ответил Волчий Дух. — Отправился к остаткам наших войск, что отступили в ущелье Дэннора. Сказал, что будет сражаться вместе с ними.

— Но Череп Масакара, который несет с собой Орда, нейтрализует силу любого Кудесника. На что он рассчитывает? — произнося этот вопрос, Тучегон уже знал ответ.

— На достойную смерть. Дубороворот будет сражаться как обычный смертный. Это последнее, что он может сделать для своего народа. По правде говоря, я серьезно думал о том, чтобы отправиться вместе с ним. И отправлюсь следом, если ты не предложишь ничего путного.

— Скажи о своем решении, брат, — прогудел тучный и низкорослый Кудесник, сидя в кресле, напоминавший туго набитый мешок. — Не время соблюдать традиции и ритуалы.

— Я намерен освободить Сумрака, — твердо произнес Тучегон.

На какое-то время повисло молчание. Кудесники медленно переваривали сказанное главой Совета, не в силах поверить в услышанное.

— Но это… это неразумно! — первым ожил Волчий Дух. — Сумрак никогда не будет сражаться на нашей стороне! Он… он… да он вообще не будет сражаться! Просто полюбуется бойней и исчезнет!

— Младший брат прав, Тучегон, — поднялась на ноги Ночной Шепот, единственная женщина-Кудесник, входящая в Совет. — Сумрак равнодушен ко всем, кроме себя. Какая ему разница, кто и за что воюет? Сумрака интересует только одно — он сам и его желания. И потом, не думаю, что после семидесяти лет плена он хотя бы на короткий миг задумается о том, чтобы помочь своим тюремщикам!

— Дело даже не в этом, сестра! — вставил низкорослый Кудесник, прозванный Мастером Троп. — Освободив Сумрака, мы выпустим в мир человека, считающего себя богом и потому способного преступить любые нормы и законы, по которым живут смертные…

— Один равнодушный убийца и насильник, пусть даже наделенный могучими силами, все же лучше, чем Орда таких же. Сумрак никогда не убивал из желания убить. Погибали лишь те, кто вставал у него на пути. Он не уничтожал целые города и народы…

— … кроме одного единственного случая, — едко вставил Мастер Троп.

— В сравнении со Змеиным Лордом, он — меньшее зло, — продолжал гнуть свое Тучегон. — И потом, наш пленник — единственный обладатель магических сил, на которого не подействует Череп Масакара. Он единственный, кто может встать на пути Орды. И потому наша задача — заставить Сумрака это сделать!

— Но как? — Ночной Шепот всплеснула руками. — Как заставить его защищать то, что ему безразлично?! Как помешать ему, получив свободу, тут же не исчезнуть? Если мы освободим Сумрака, то уже не сможем вернуть в узилище. Более того, он может перебить всех нас в отместку за то, что мы держали его связанным так долго!

— Когда Череп Масакара приблизится к городу, наши чары будут развеяны, и Сумрак, так или иначе, вырвется на волю… Мы сами должны дать ему свободу. И вместе с

ней — мотив! Мотив, достаточный для того, чтобы драться на нашей стороне!

— Прости, но я не понимаю тебя, брат. — Длинный и нескладный Кудесник недоуменно пожал плечами.

Он одним своим видом полностью оправдывал имя — Книжник.

— Что мы можем посулить Сумраку в обмен на его защиту? Не думаю, что мы обладаем чем-то, что могло бы его заинтересовать. В свое время Кудесники лишили многие Гильдии и многих Одиночек ценных вещей и артефактов, чтобы сделать их менее могущественными и более управляемыми, но у Сумрака никогда не было чего-то, что стоило бы отнять…