– Понятно. А бессмертные, значит, операционная система, которая на этот процессор станет.

– Примерно, хотя и не обязательно. Еще информацию хранить можно. Бессмертие сопряжено с некоторыми неудобствами. Так, например, человеческий мозг, несмотря на все возможности, ограничен. Рано или поздно, но свободное пространство в нем иссякнет, и тогда либо стирать часть воспоминаний, либо отправлять их на хранение. Поэтому, продолжая аналогию, наша система - и процессор, и жесткий диск сразу. Ты так не откроешь.

Глеб уже понял. Узкое лезвие входило в замок, трогало собачку, но повернуть ее не получалось. Что-то потоньше надо бы. Спица!

– Основная проблема была в том, что люди разные. Структура выходила нестабильной. Стоило чуть усилить давление, и все падало.

Спица закатилась и не давалась в руки, выскальзывала, падла, как выскальзывала Ева в хитросплетениях слов.

– Вы нашли способ решить проблему?

– Да, - хорошо, что она не врет. Глебу не хотелось бы выбивать правду.

– Моя старая разработка. Лечение рассеянного склероза. GT-слепки. Это... это искусственно смоделированный организм-мимикрант. Химера. Ближе всего он к грибам будет, хотя от грибов также далек, как ты от шимпанзе.

Игла коснулась щели замка. Вошла внутрь. Уперлась во что-то.

Кого ты, Глебушка, обманываешь? Замок на почтовом ящике тетушки и этот - две большие разницы. Как ты сам и шимпанзе.

– Пациенту вводили белковую сыворотку. Она ассимилировалась мембранами нейронов, проникала внутрь клеток и включала процессы обратной трансляции.

Шимпанзе орудовало в замке. Человек рассказывал.

– И в результате организм менял клетки. Он как бы сам себе выращивал протез...

А тон точь-в-точь как у школьной училки. Спица подцепила, наконец, собачку. Сейчас аккуратненько, не торопясь, придерживая рвущийся из груди победный вопль...

– ...Наташа доработала технологию. Она изменила код, добавив кое-что. Назвала это "маркер Евы". Не в честь меня...

– Я понял.

Сорвалось. Ничего. Если получилось раз, то получится и два. Замочек-то не настолько сложен, каковым казался.

– Теперь GT разрушал одни синапсы и создавал другие, по образу и подобию. Структура унифицировалась изнутри.

В замке щелкнуло.

– И она решила поставить эксперимент на дроидах?

– Она создала рабочую модель, - Ева подняла свой револьвер.
– Иерархическую, потому что считала, что только так можно создать глобальную сеть.

– Объединить всех в муравейник и посадить на вершину царицу?
– Глеб нажал на ручку двери.

– Унифицировать потребности и желания. Только это не совсем муравейник. Царица - лишь функциональный элемент, а здесь все сложнее... Господи, думаешь, я соображала, что делала? Или она соображала? Да мы видели задачу! Мы искали решение! Мы хотели... не важно. Ева собрала эту мозаику. Сложила один плюс один, и добавила еще единицу, получив десятку. В Евиной системе координат все возможно.

Наверное, так. А когда стали поселочки строить, Ева решила апробировать методу в действии. И судя по записи, получила по заслугам. Только вот этой Еве, Еве-дубль, знать не обязательно.

– Пошли. Но оружие все-таки отдай, - Глеб вошел первым.

За дверью начиналась лестница. Железная сетка, натянутая на титановые штыри. Каждый шаг порождал вибрацию, и сетка скрежетала, прогибаясь под ногами.

Было темно, и Глеб достал одну из оставшихся свечей. Огонь долго не зажигался, а когда вспыхнул, быстро скатился до крохотного луча на вершине восковой колонны. Дышалось с трудом. В спину сопела Ева. Спускалась она медленно, обеими руками держась за поручень. И ногу ставила боком, пробуя, выдержит ли лестница вес.

Ниже. Глубже. К черту в задницу. И запашок соответствующий. После очередного поворота спирали, лестница пошла вплотную к стене. Серая и плотная, обтянутая знакомым живым войлоком. Снизу он был менее похож на ткань, скорее уж - на переплетение корней. То тут, то там войлок выбрасывал полупрозрачные щупы.