Незачем показывать, что гипноз на него не действует.

– Вот, так хорошо… – донесся сверху удовлетворенный голос. – Эй, Маруська, осмотри их!

Уловив тяжелые шаги, Андрей понял, что к ним направляется кто-то из чудовищных помощников «нехристя». Сам крылатый лезть к обездвиженным не рискнул, остался в более-менее безопасных небесах.

Сейчас их обыщут, отберут автоматы, и тогда сделать ничего не получится…

Приоткрыв глаза, обнаружил, что по дороге шагает «горилла» женского пола, наряженная в чудовищную цветастую юбку.

– Оружие в кучку, и всех связать! – продолжал командовать «нехристь».

Он немного спустился, хотя находился пока высоковато.

Андрей начал стрелять, еще как следует не прицелившись, раненая «горилла» утробно взревела. Крылатый вскрикнул, правое крыло, пробитое несколькими пулями, согнулось посредине, как бумажный лист, и он пошел вниз, кувыркаясь и размахивая руками.

Когда до земли оставалось чуть меньше метра, «нехристь» сумел замедлить падение и исчез в облаке черного дыма. «Горилла» же бросилась к Андрею, и он в считаные мгновения нашпиговал ее свинцом, так что могучая тварь споткнулась и упала мордой вперед.

Он выждал немного и поднялся сначала на колено, а затем и на ноги.

Врага видно не было, он сгинул бесследно, Илья ворочался, пытаясь встать, Лиза с Зиной лежали неподвижно.

– Вот к-казел, урод вонючий, – сказал бритоголовый, чуть запинаясь. – А, шеф?

– Точно, – Андрей помог соратнику сесть. – Что с тобой?

– Да ноги точно отказали, а перед глазами помутилось, вот я и брякнулся, словно бухарик в лужу… Ну, ничего, мы этого Бэтмена еще поймаем и натянем по самые гланды, чтобы уши в трубочку свернулись.

Пока он болтал, очнулась Лиза, Зину пришлось приводить в чувство с помощью воды и пощечин. Открыв глаза, женщина вздрогнула и попыталась ударить Андрея по лицу и только потом сообразила, кто перед ней.

– Ой, это я подумала, что это он… – забормотала она.

– Что дальше? – Илья, судя по бодрому виду и воинственному голосу, вполне очухался.

– А дальше мы пойдем дальше, – сказал Андрей. – Надо добить гада.

– Но вы же не думаете, что он меня послал? – голос Зины стал извиняющимся, а взгляд – виноватым, как у нашкодившей собаки. – Я не знала, я думала, что сбежала сама… А может, он и врал все?

– Расслабься, подруга, не гони волну, – Илья покровительственно улыбнулся. – Такой хитрый и злобный кекс кого угодно разведет, а не только тебя.

По мостику перешли ручей с белой, как молоко, водой и свернули направо, туда, где за речкой тесно стояли дома. Оранжевые кочки исчезли, потянулось поле, засаженное похожими на смородину кустами, вот только с веток свисали плоды, напоминавшие гнилые огурцы.

Черные, сморщенные, они воняли гнилым мясом, и неудивительно, что тут было множество мух.

– Настоящая плантация, – проговорила Лиза. – Интересно, он их что, жрет?

Кусты справа от дороги заколыхались, из них выглянул «плевун», судя по размерам, тот самый, которого видели рядом с границей. Но не успел даже раздуть щеки, как все трое лежали на земле, и автоматы строчили вовсю. Андрей испытал даже нечто вроде гордости – вон как вымуштровал спутников, ничего приказывать не надо, все делают сами…

На ногах осталась только Зина, но в нее «плевун» не попал.

Зато в него угодила добрая дюжина пуль, и тварь, издавая плачущие звуки, попыталась укрыться в кустарнике. Но смогла сделать всего пару шагов, потом свалилась и осталась лежать.

– Готов, – сказал Андрей. – Много еще у него слуг?

– Еще парочка мохнатых таких, черных, – сообщила Зина.

Мохнатые и черные, оказавшиеся «четверорукими», напали на них у речки, выскочили из густой травы на берегу. Ночные существа, при дневном свете они оказались вовсе не так быстры и опасны, как в темноте, и остались подыхать, скрести лапами землю, не добежав до людей.

Впереди показался еще один мостик, возведенный, как и прочие в этих местах, при царе Горохе.

– Опасное место, – проговорил Андрей.

Обрушить это хлипкое сооружение для существа, умеющего выращивать «джунгли», наверняка несложно, и тогда они окажутся в воде, и хорошо, если просто в воде, а не в какой-нибудь «царской водке».

– Давай веревку, и будем переходить по одному, – продолжил он.

Переправа, вопреки опасениям, прошла спокойно – то ли «нехристь» готовил отпор на другом рубеже, то ли его ранили серьезно и у него попросту не было сил что-либо сделать.

Пока перебирались через речушку, люди с поля исчезли.