— Нет. Видите ли, всякая игра — модель конфликтной ситуации. Варианты этой ситуации разнообразны. Но есть определенные незыблемые правила игры, составленные из точных компонентов — алгоритмов. Военные издавна проводят штабные игры — теоретически отрабатывают стратегию и тактику. А практически — проводят маневры с участием всех родов войск. Так вот, деловые игры имитируют процессы управления производством. Это те же маневры, но за столом. А какие тут бушуют страсти! В бой идут и кадры, и ресурсы, и поставщики. Ведь ошибка одного предприятия сказывается на всей системе отношений.

Греков недоверчиво смотрел на Тищенко. Все это выглядело довольно фантастично.

— И есть польза?

— Странный вопрос. Жаль, вы пропустили «Эпос». Экспериментальное планирование ограниченных средств. Технологи составили макет работ по новой технике. Директор установил премию. Вот и разыгралась баталия за наиболее эффективные варианты выполнения работ между технологами и производственными службами.

— И чем эта баталия закончилась?

— Сроки выполнения сократились на двадцать процентов. Два бюро из трех перевыполнили нормативы.

Генеральный директор протянул Ежикову конверт с решением. При этом у Нестерова был вид студента-первокурсника на экзамене.

— Я вложил деньги в науку, Михаил Иванович. Но получил отрицательный эффект.

Ежиков снял очки, потер пальцами переносицу.

— Вложение в науку отрицательного эффекта не дает. Эффект может быть слабый или сильный. Но не отрицательный. — Ежиков принялся чертить на доске какие-то кривые.

— Можно мне присоединиться? — спросил Греков у Тищенко.

Сразу у вас ничего не получится. — Тищенко достал плоскую коробочку с леденцами и протянул Грекову. Тот отказался. — Нужна подготовка. Методику игры разработали ленинградцы. Изучают ее на специальном курсе. Глядите внимательно!

Все игроки собрались у доски.

Ежиков вытащил кошелек, достал пятак.

— Неопределенность вложения в науку будем регулировать пятаком. Орел или решка! Орел — миллион рублей, решка — пятьсот тысяч.

Ежиков расчистил место.

— Орел! Орел! — закричала радостно дама из Харькова.

— Ну и масштабы у вас, Куницына. А фабрика-то — артель…

— Это у меня артель? — возмутилась Куницына. — Три тысячи человек.

Однако звон монеты оборвал назревающий спор.

— Орел! — выкрикнул Ежиков. — Миллион рублей!

И тотчас толпа у доски рассеялась — все бросились по своим местам.

Ежиков подошел к столу и включил кнопку на двуглазых шахматных часах.

— Михаил Иванович, а что у нас на мизере? — дама торопливо листала огромные таблицы.

— На мизере — прямые затраты, — довольно ответил Нестеров. — Женщина — директор предприятия — это так лирично…

— А мы сейчас увидим — кто лирик, а кто физик…

Ежиков постучал карандашом по столу, призывая игроков к порядку.

— Итак, на оценку ситуации и сверку счетов в банке дается пятнадцать минут. А мы пока с арбитром займемся кредитованием…

Тищенко повернулся к Грекову.

— Вы играете в покер?

— Когда-то играл. В короткий.

— Тут много общего, — кивнул Тищенко в зал. — Представляю, как все это кажется вам легкомысленным. Такие серьезные люди, и вдруг!

— Я воздержусь от суждений, — произнес Греков. — Посижу. Понаблюдаю… Но, признаться, именно так мне и кажется. Несерьезным.

— Само слово «игра» наводит на подобное, уверяю вас. Мы часто находимся во власти слов… Однако быть участником этой игры непросто. Ведь она готовится годами. Годами! — Тищенко дружески дотронулся до плеча Грекова. — Посидите. Приглядитесь. Уверяю вас, со временем подобные игры станут началом любых деловых отношений… И не старайтесь сразу отвергать. Человечество значительно бы выиграло, если бы научилось не отвергать того, чего не понимает. А пока считайте себя человеком, попавшим вдруг на странный неожиданный спектакль. Так и воспринимайте. Не торопитесь…

И Греков принялся следовать совету профессора. Он просто наблюдал. В течение трех с лишним часов…

Странное дело, томящее чувство одиночества и тоски, которое было охватило его там, в кабинете, пропадало. А появлялось чувство причастности к важным и нужным событиям, значение которых Греков пока осознавал интуитивно, каким-то шестым чувством.

А за столами сидели серьезные люди, руководители крупнейших предприятий. И, как школьники, увлеченно, самозабвенно играли…

«Хитрец, этот Тищенко, хитрец, — думал Греков. — Специально привел. На эффект рассчитывал… А я ведь и впрямь азартный человек…»

Кирилл ожидал, что бригадир до пятницы появится на работе и ему не придется отпрашиваться на понедельник у мастера или начальника цеха. Он вздохнул, продолжая отлаживать сердечник. Бригадир перед отъездом дал сложное задание. И Кирилл почти все выполнил. Только вот сердечник никак не успокаивался в центре экрана. Работа кропотливая, требовала терпения, и, главное, надо сосредоточиться. А вот сосредоточиться он не мог. В голову лезли мысли о предстоящем визите в милицию. Что они ему сделают? Да ничего…