— Сергачев, — усмехнулся Ярцев. — Нашел учителя.

— А что? — возмутился Слава. — Хороший человек. В сменщики меня взял, рискнул. Что я, неблагодарный?

Ярцев все скалил в улыбке белесые бугристые десны.

— Рискнул. Погоди, он на тебе еще выспится… А если ты ему так благодарен, скажи при случае: пусть не прыгает на хозяина.

— На какого хозяина?

— На Вохту. А то он быстро твоему сменщику рога посшибает, будь уверен. Так что посоветуй. Только осторожно, Сергач парень горячий и глупый.

— Ты очень умный, — обиделся Слава вдруг. — Или ты с Вохтой в паре…

Слава не договорил. Резкая боль в правом плече пронзила грудь. Широко раскрытым ртом Слава пытался схватить воздух. Тараща глаза, он непонимающе смотрел на Ярцева…

— Аванс, Станислав.

— Ростислав, — пролепетал Слава.

— Извини, память у меня неважная. А теперь медленно втягивай носом, дыхание восстанавливай.

Слава с изумлением смотрел на костлявую ярцевскую ладонь. Неужели голой ладонью, ну и силища!

— Рука у тебя сейчас отнялась, — деловито пояснял Ярцев. — Не беспокойся, минуты на три-четыре… А язык попридержи, длинный очень, смотри, шею сдавит.

Ярцев вышел в прихожую.

Вернувшись, он швырнул Славе на колени плащ и фуражку.

Слава шел по улице в новой куртке. В левой руке он держал узел со свернутым плащом и старым кургузым пиджачком, правую руку сунул в карман, так было легче, плечо еще побаливало. «Наловчился в тюряге, гад, людей избивать. По башке бы звезданул — конец», — думал Слава, но обиды никакой к Ярцеву он сейчас не испытывал. Прошло. В чистых магазинных стеклах он ловил свое отражение среди мельтешения уличной толпы и оставался доволен. Выпитый коньяк приятно будоражил. Однако, куда идти, Слава так для себя пока не решил. Домой, к тетке, еще успеет. Как забьешься, то выбираться в центр не хочется. Опять весь вечер телевизор, к тому же который день тянули многосерийную бодягу из жизни какой-то семьи, вытаскивая на экран все новых и новых родственников…

У кинотеатра «Восток» стояло два таксомотора, и, судя по номерам, оба не из Славкиного парка.

Слава открыл дверь первой машины и сел, водрузив на колени узел.

Водитель спрятал книгу и включил счетчик.

— Куда поедем? — Он оглядел Славкин багаж.

— Куда? А никуда, — игриво произнес Слава.

— Тогда вылезай, — проговорил водитель. — И плати за посадку.

— Ладно. Поехали на Кузнецовскую, — вдруг решил Слава. — Дом десять. Общежитие института. Знаешь?

Водитель не ответил и тронул машину.

Несколько минут они ехали молча. Слава подумал, что, возможно, и напрасно он едет в общежитие, пустое дело. Днем студенты в институте…

— Как план? — Слава повернулся к водителю и достал сигарету.

— Нормально, — негостеприимно ответил шофер. — А курить нельзя.

— Вот еще! — Тон водителя уязвил Славу. — Воля пассажира — закон!

— Закон, — буркнул таксист. — А курить нельзя.

— Ладно. Сдаюсь. — Слава миролюбиво спрятал сигареты. — Я, между прочим, имею некоторое отношение к такси, ясно? Почему левый поворот пропустил, мне на Кузнецовскую.

— Должен знать, если имеешь отношение к такси, — нехотя ответил парень. — К тому же прямо короче.

А я тебе говорю: левый поворот короче. По спидометру. Держу «петуха». На треху.

Слушай, — водитель наклонил голову, — ты мне мешаешь работать.

Он вывернул руль и чуть было не задел идущий справа грузовик.

Куда?! — заорал Слава. — Сапог!

Водитель испуганно дернулся обратно, доехал до перекрестка, остановился у постового милиционера и приспустил окно.

— Пьяный. Работать мешает. Чуть аварию не сделал.

От подобного вероломства Слава онемел. Все произошло слишком неожиданно и стремительно.

Милиционер заглянул в окно, затем обошел автомобиль и открыл дверь.

— Вылазь! — приказал он коротко.

— Кто пьяный? Я пьяный? — возмущенно бормотал Слава.

— Пьяный, пьяный, — подгонял водитель. — Дыхните!

— И так видно, — проговорил милиционер. — Расплатитесь за такси.

— Почему? Я еще не доехал, — запротестовал Слава.

— Платите, гражданин, — повысил голос милиционер. — И отпустите транспорт.

Слава понял, что доказывать что-либо в этой ситуации бесполезно. Он достал рубль и бросил на сиденье.

— Поднимите, гражданин. Водитель такси вам не собака, он при исполнении, — многозначительно предложил милиционер.