— Нет уж, лучше не надо, — рассмеялся Горохов.

— И все же интересно, кто она — эта Рита Курочкина? — задумчиво произнес Самокатов.

— Зараза из космоса, вот кто она! — с жаром воскликнул капитан Кипятков.

— Да, но откуда она там взялась?

— Мало ли по Вселенной всякой гадости летает, — ответил Генке майор Гвоздь. И, обращаясь уже ко всем, добавил: — В общем, орлы, дело закончено и сдано в архив. Глава питерского ФСБ просил меня объявить вам благодарность от его имени.

— А вам с Кипятковым он тоже благодарность объявил? — поинтересовалась Крутая.

— Нам-то за что? — искренне удивился Гвоздь. — Это ж наша работа. Мы за нее зарплату получаем. Верно, Жора?

— Так точно, товарищ майор!

— Ну нет, — сказала Маргарита Курочкина. — Зарплата зарплатой, но вы, господа, сделали большое дело. Да и вы, друзья мои, — посмотрела колдунья на ребят, — тоже заслуживаете большего, чем простая благодарность. Поэтому пусть каждый из вас загадает желание, а я его исполню.

— Что — абсолютно любое желание?! — загорелся Горохов.

— В пределах разумного, — остудила его пыл Курочкина и глянула на Гвоздя. — Ваше желание, майор.

— Даже не знаю, чего и пожелать, — встал в тупик Гвоздь. — Разве что усы подлиннее. Можете это сделать?

— Конечно. С завтрашнего дня усы у вас будут, как у барона Мюнхгаузена. — Курочкина перевела взгляд на Кипяткова. — Ну а вы что желаете, Жорж?

— Я хочу, чтобы у меня было пятеро симпатичных детишек, — застенчиво признался Кипятков.

— Для этого вам надо вначале жениться, — заметила колдунья.

— А у меня как раз завтра свадьба, — расплылся в улыбке капитан.

— Тогда никаких проблем. В следующем году у вашей жены родятся три девочки, а еще через год — два мальчика.

— Ой, а можно наоборот, — попросил Кипятков. — Вначале мальчишки, а уж потом девчонки.

— Да ради бога. — Маргарита Курочкина повернулась к внучке: — Ну а ты, котенок, чего желаешь?

— Я, бабуль, свои желания сама исполню, — бойко откликнулась Любка. — Я ведь тоже скоро стану белой колдуньей.

— Ишь ты, какая шустрая, — шутливо погрозила ей пальцем Курочкина.

— Вся в тебя, ба.

— Это верно, котенок. — Колдунья взглянула на мальчишек. — Теперь вы говорите свои желания. Ты первый, — указала она на Макса. — Какое у тебя самое заветное желание?

Горохов покраснел. Он вдруг поймал себя на том, что самым заветным его желанием было… поцеловать Любку.

— Ну что же ты молчишь? — промолвила Маргарита Курочкина. — Говори.

Но Макс продолжал молчать как рыба.

— Бабушка, — сказала Любка, — я знаю, какое у Максима желание. Но ты его выполнить не сможешь. Его могу выполнить только я.

— Ну, давай, внучка, попробуй, — улыбнулась Курочкина.

И Любка попробовала.

Она подошла к Горохову и… поцеловала его в губы.

— Вот так номер, чтоб я помер! — расхохотался майор Гвоздь, подкрутив усы.

— Ты ведь этого хотел? — спросила Крутая у Макса.

Горохов был не в силах ответить. Он лишь обалдело кивнул.

— А теперь ты, наверное, хочешь меня куда-нибудь пригласить? — снова спросила у него проницательная Любка.

Макс опять обалдело кивнул.

— Ну так приглашай.

— Приглашаю, — пробормотал Горохов.

— А куда? — спросила Любка.

— Куда скажешь, — ответил Макс.

— А когда? — спросила Любка.

— Когда хочешь, — ответил Макс.

— По-моему, здесь все ясно. — Маргарита Курочкина повернулась к Самокатову. — Твоя очередь, Гена. Говори свое желание.

Ну, у Генки было самое простое желание. Получить видеокамеру. Двойку-то он так и не исправил. Поэтому за год по русскому у него был тройбан. И соответственно — видеокамеры не было.

— Я хочу видеокамеру, — выпалил Самокатов.

— Обыкновенную видеокамеру? — удивилась колдунья.

— Нет, не обыкновенную, — сказал Генка. — А навороченную. И желательно — «Соньку».

— Какую «Соньку»? — не поняла Курочкина.

— Японской фирмы «Sony», — объяснил Самокатов. — Чтоб там была и ночная съемка, и мультимедиа-карта, и быстрый старт, и скоростное приближение… В общем, со всеми прибамбасами. Можете такую?

— Надо подумать.

— Значит, не можете, — решил Генка. И опечалился.