Поручик, как бывший артиллерист, хоть и повидал смерть на войне 1812 года, всё же морги страсть как не любил. Одно дело война, а другое – изувеченные трупы да утопленники в мирное время.

Он дождался Грачева, когда тот вышел из препараторской.

– А, Алексей Фёдорович! – приветствовал поручика Грачёв. – Вы, видимо, по поводу предполагаемого отравления.

– Точно так-с, дорогой друг. По поводу него…

Грачёв снял белый халат, запачканный кровью, и совершено серьёзно сказал:

– Так вот, хочу признаться вам, Алексей Федорович, что я так и не смог установить причину смерти Жукова.

Полянский крайне удивился.

– Как? Почему? Разве это так сложно? При современной-то медицине!

– Увы, дорогой друг. Современная медицина далеко не совершенна… Говорю вам, как врач, с полной ответственностью. Органы покойного почти в норме, если не считать слегка увеличенной печени. Но это подтверждает отнюдь не наличие яда в организме, а умеренное пристрастие оного к спиртному.

– Так отчего же тогда задохнулся Жуков? – недоумевал поручик. – Я внимательно изучил полицейский рапорт.

– М-да… Я в курсе… Встречался с молодым врачом, который констатировал смерть Жукова. Симптомы действительно странные. В бронхах и лёгких почти никаких патологических изменений не имеется. Мне кажется, что покойный даже не курил. Хотя я не отрицаю возможность отравления, но…

Полянский напрягся.

– Но… Продолжайте!

– Есть яды растительного происхождения. Они быстро растворяются в организме и их наличие почти невозможно определить. По крайней мере, у нас в России. Говорят, немцы преуспели в этом деле… Там применяются пробы Марша[29]. Но, увы, мы с вами – не в Германии. Да-с… – пояснил Грачёв.

– А можно достать такой яд? – поинтересовался поручик.

Грачев пожал плечами.

– Наверное, можно. Но не просто… Для того, чтобы изготовить подобный яд, надобно отлично разбираться в травах, химии и медицине.

Из морга Полянский направился на Большую Молчановку. День клонился к вечеру. Поручик поймал себя на мысли, что вырвался из царства Плутона и оказался во владениях Венеры и с удовольствием разглядывал разряженных в пух и прах пташек мадам Либуш и их поклонников.

Полянский облегчённо вздохнул, подумав: «Всё же любовь, пусть и продажная, куда приятнее…»

С такими мыслями он направился в покои Сильвии Либуш, но столкнулся с ней в зале. Женщина узнала поручика и улыбнулась.

– Вы желаете провести время с одной из моих пташек? – вкрадчиво поинтересовалась она.

– Увы, мадам. Я на службе, – признался Полянский.

– Ах, так… Очень жаль… – разочарованно произнесла Сильвия.

– Я хотел бы задать вам несколько вопросов…

Сильвия повела обнажённым плечом.

– Если вы о купце Водовозове, то с ним я уладила все формальности. Поверьте, он остался доволен… и не имеет претензий ни ко мне, ни к моим девочкам.

– Что ж, приятно слышать. Но я, собственно по другому вопросу… Николай Владимирович Жуков скончался весьма загадочным образом.

Сильвия удивлённо приподняла выразительные аристократические брови.

– Ах, вот в чём дело… Право, только намедни он покинул салон в добром здравии, в прекрасном настроении и выигрыше. А что с ним случилось?..

– Задохнулся… от кашля.

Сильвия не сдержала своих эмоций.

– От кашля? Боже мой! Разве такое может случиться?! – она раскрыла веер и начала нервно обмахиваться.

– Увы, мадам. Все мы смертны… Вы не могли бы припомнить, у кого Жуков выиграл в тот вечер?

– Разумеется, я помню. У господина Мещерякова… Но почему вы спрашиваете? Он что причастен к смерти Николая Жукова?

– Пока не знаю. Возможно… – уклончиво ответил поручик.

– О нет! Этого может быть! Виктор Мещеряков – племянник статского советника Станислава Петровича Мещерякова. Вы понимаете, что это значит? – спросила Сильвия, понизив голос.

– Нет… Только то, что его родственник дослужился до высоких чинов.

– Если вы думаете, что Виктор Мещеряков убил Жукова из-за денег, то вы ошибаетесь! Уверяю вас! Виктор проигрывал и гораздо большие суммы. Причём отнюдь не Жукову. Вы явно на ложном пути, поручик.

– Хорошо, тогда не замечали ли вы чего-нибудь необычного в тот вечер?

Сильвия задумалась.

– Да нет… Ничего…

Полянский разочарованно вздохнул.

– А не упоминал ли Жуков случайно о Ярославле? Возможно, какие-нибудь имена?

Сильвия замерла, ни один мускул не дрогнул на её лице.