– Конечно же, нет, дорогой Асс. Это только маленькая диверсия. И не волнуйся. Церковь не впутается. Большая автостоянка – это площадь наших действий, - она отказалась объяснять дальше.
– Я позвоню тебе утром. Свадьба не раньше двух по полудню.

Тогда он был дома. Он не находил себе места, ожидая в ужасе звонка от Эмми и последствий того, что могло бы произойти в ту предстоящую их авантюру, когда мистер Грей позвонил в дверь. Адам открыл, мистер Грей выглядел сурово и мрачно – серо, как обычно. Он редко тратил время на любезности, приветствия. Он никогда не говорил Адаму «Мой мальчик» и входил в дом быстро, словно его приносило ветром. Адам слышал, как закрылась дверь в спальню матери у нее наверху. Отец вошел в дом с улицы. Все годы до того мистер Грей приносил Адаму всякие случайные подарки – игрушечные кораблики, биты для бейсбола, мячи. Сейчас же он просто погладил его по лицу.

Адам ушел прочь. Мистер Грей с отцом, как обычно, отправились в подвал. Адам наблюдал за ними, в первый момент любопытствуя, кто же на самом деле такой мистер Грей. Если у него была тетя, которую от него зачем-то прятали, то мистер Грей мог оказаться дядей? Он допустил, что эта мысль, конечно же, была абсурдной.

Не находя себе места, он пронырнул в комнату, ожидая звонок от Эмми. Он понимал, что все больше и больше зависел от нее. Он считал часы в ожиданиях встреч, сгорая от любви. Его застенчивость все время мешала ему заводить друзей. Он не был способен с кем-либо близко сойтись и никому никогда не рассказывал о том, что хочет стать известным писателем. Он ожидал насмешек и издевательств со стороны. Но было достаточно странно, что Эмми Герц, чья цель жизни была только лишь смеяться или причинять какой-либо безобидный вред, воспринимала все это, как должное, не причиняя ему никакого дискомфорта, когда он рассказывал о своих намерениях и мечтах. Он мог от нее почти ничего не скрывать и даже решился рассказать ей обо всех своих сомнениях – о свидетельствах о рождении, о тайной тете. Он опасался, конечно, что она ему скажет: «Поздравляю тебя, дорогой Асс, твоя крыша окончательно съехала».

Он подумал о мистере Грее, находящимся внизу вместе с его отцом в комнате отдыха. Перед его глазами почему-то нарисовались клеточки материала его рубашки. Он также решил, что следующей целью одного из их с Эмми «Номеров» станет мистер Грей. Несколько недель тому назад Эмми сумела вывести из себя мистера Крандейла – ненавистного учителя, посылая ему анонимные любовные письма, страстного содержания – будто бы от ученика. Эмми придавала текстам писем мужской тон, да так, что несчастный мистер Крандейл понял, что этот ученик нуждается в его гомосексуальном влечении к подросткам.

«Я также способен на вред», - подумал Адам, и пошел к подвальной двери. Он вслушался. Ничего. Он открыл дверь и спустился в подвал. Дверь комнаты отдыха была закрыта. Адам украдкой подошел прямо к двери, почти вплотную. Он приложил к ней ухо, внимательно вслушиваясь. Ничего. «В этом месте звук не проникает», - подумал он. Эта комната чем-то напоминала ему погреб, и он всегда в ней ощущал некоторую клаустрофобию. Отец заложил кирпичом в ней все окна, когда покрывал панелями стены и потолок. «Когда я хочу уединиться, я уединяюсь», - шутил он. Но действительно ли он шутил?

Прижатое к деревянной двери ухо Адама разогрелось. Вдруг, он услышал, как засов по ту сторону двери повернулся. Он отскочил от двери и забежал за угол.

Дверь открылась, и появился силуэт отца. Адам вжался в стену. В тот момент он подумал лишь о том, что отец мог его увидеть или услышать его из-за двери.

Отец остановился и что-то сказал мистеру Грею, но Адам не слышал его. Он был так взбудоражен, что не был способен что-либо воспринять – сердце бешено колотилось в его теле. Отец пересек подвал и поднялся наверх.

Адам слышал, как тот прошел через комнаты наверху, его шаги эхом отдавались в подвале. Но не было никаких звуков от мистера Грея из комнаты отдыха. Адам подумал, что в звуках его шагов есть нечто жуткое из историй Эдгара По. Отец вернулся в подвал. Его вид не совпал с опасениями Адама. Он не выглядел расстроенным или встревоженным. За ним открылась и закрылась дверь. Ослепляющие лучи света на мгновенье прошили подвальный мрак. Адам расслабился и съехал спиною по стене на пол. Он взмок от пота. Немного собравшись, он встал и пошел медленно, хватаясь за стены.

Т: И это все?

А: Нет.

Т: Используй свое время. Я вижу, ты вспотел. Вытрись салфеткой и возьми себя в руки.

А: Спасибо.

(пауза 10 секунд)

Т: И отец видел тебя у двери в подвале?

А: Да. Но я не мог в этом убедиться. Мне кажется, что видел. Когда он и мистер Грей, в конце концов, вышли из подвала, отец подошел ко мне странным образом, что-то подозревая, но ничего не сказал. Я тогда находил, что не хочу разговаривать с ним прямо. Я сказал ему, что иду к Эмми Герц, но не ушел. Я зашел в гараж и сел на верстак. Я был в панике. В панике потому, что не мог выстроить цепочку уловок и обманов. Я сидел, ощущая ужас и стыд за свой шпионаж за родителями. Я знал, что они любили меня, и не мог ничего объяснить себе логически. Так я вернулся домой, чтобы найти отца и извиниться. Но его нигде не было. Я посмотрел в нижних комнатах и в подвале. Его не было. Я поднялся наверх. Дверь в их спальню была закрыта. Я подошел к двери, собираясь постучаться и чистосердечно раскаяться. Но тогда я услышал их голоса, то это поменяло все. Обратно.