Зато весело, а, капитан?

Он отступал в неглубокую расселину, держа под прицелом крепыша и дорогу.

Глухо булькнул подствольный гранатомёт. Капитан машинально наклонил голову и прикрыл глаза.

Но граната оказалась светозвуковой. Повезло: рванула перелётом, за спиной - били прямо с дороги, навесом.

Кашляя и проклиная хитрозадый полицейский спецназ, капитан припал к скале и опустился на одно колено. Слух отрубило напрочь. Где-то на грани видимости мелькали неясные тени.

Капитан забросил за спину АКСУ, достал заначенную "эфку", привычно свёл усики и выдернул чеку. Зажал гранату подбородком - наверняка. Протянул руку, чтоб схватиться за Пагди.

Меча не было.

Перевязи под бушлатом тоже.

Капитан поднял голову - граната упала на колени. Он машинально придержал её рукой.

Далеко впереди, в узком треугольнике пыльной, залитой солнечным соком дороги, не оборачиваясь и прихрамывая бежал давешний крепыш.

Крепышу, очевидно, очень хотелось жить, поэтому он рискнул кинуться под вполне вероятный выстрел своих товарищей. Или же в самом деле - капитана категорически не собирались убивать.

Так или иначе, крепыш удрал уже слишком далеко.

А в руке парень сжимал ножны с сорванным в драке Пагди - такой-то вот маленький сувенир.

– Нет, любимая, нет, - сказал капитан.

Радостно и звонко цокнул капсюль.

Мир погас.

– Навсегда?!

– Нет, разумеется, нет! Плохо же ты знаешь сударя капитана, о юный Кави.

Юный Кави зябко передёрнул ушами - с реки ощутимо тянуло холодом. В этой малой пещерке никаких свитков Дурта не хранил, потому и выбрали её в качестве временного пристанища и убежища: храни суры, да и не почуют беглецов имперские маги.

Беглецов... наново беглецов.

Кави по-прежнему не мог постичь необходимости в их бегстве из лагеря, однако прилежно и ответственно исполнил повеление сударя капитана. Теперь же, излагая юному себе историю собственных странствий, он, пожалуй, впервые задумался о том, почему со столь примечательной охотою разделяет даже и помыслы Немца; казалось бы, весьма чуждые ему помыслы.

В самом деле, ведь что ему чужой, - изначально чужой, - человек? Да, в Земле всё было ясно: там оказался он совершенно нежданно, лишённый как понимания происходящего, так и каких-нито перспектив; да, сударь капитан поспособствовал возвращению эльфа в родной мир - немедля отдав долг за спасение собственной жизни.

Но здесь, в Вишве?.. О, вовсе не так виделся Кави его путь в былом. Однако ж с самого их появления в Варте и цели, и тропинки, к сим целям ведущие, определял именно человек.

– Сударь капитан, возможно, и не всегда знает, что делать, - медленно произнёс Кави-старший, обращаясь к Кави-младшему, - никто не способен знать всё и всегда. И уж верно он не "самый великий воин на свете", сколь бы необыкновенным военным навыком ни обладал. Истинное достоинство заключается не в силе и даже не в мудрости, но в стремлении действовать, ибо самая могучая сила и самое полное знание суть ничто - без побуждающей их воли.

С удивительной, болезненной ясностью пришёл на ум ему памятный выстрел, когда Немец впервые уходил в родную ему Землю. Нынче такие перемещения сделались мало не обыденностью, но на ту пору... Только теперь начинал Кави осознавать, что сударь капитан, правду молвить, не рассчитывал всерьёз выжить, - ибо законы колдовства чужды его миру, а, следовательно, и понятиям, - однако ж и отступиться от намеченной жертвы было выше его сил - ибо жертва та сулила пусть малый, но шанс на успех.