Много меньший шанс, нежели тот, на который полагалась попытка Кави занять место в голове юного тумула.

Юный тумул молчал, впитывая мудрость. Последнее время, - как пристрастился он ко чтению, - жизненные приоритеты мальчишки-эльфа претерпели известные изменения. И наиболее пугающим из них было... о да, да!
– откровенное нежелание развивать отношения с Севати.

В чём оказалась причина? Сур весть... В иные моменты думалось Кави, что младший уступил ему сие поприще ровно так же, как сам он отдавал первенство Немцу - душой принимая вящую приспособленность человека к главенству. Однако дела сердечные суть состязание отнюдь не того свойства, где следует уступать, кому бы то ни было и что бы то ни было.

– А я думаю, капитан вообще никому в бою не уступит. Может, даже оркам.

– Кави, - с улыбкой сказал старший, - легенды о непобедимости орков в рукопашной сильно преувеличены.

– Самими орками, - заметил Дурта, тонкими ломтями нарезая шашаку.

– Самими орками, - согласно развёл ушами эльф, - "элемент пропаганды", если угодно. Я, помнится, не единожды сходился с ними в бою и, как легко заметить, жив-здоров.

– Из лука не считается, - сказал юный тумул, ковыряя пяткой влажный песок.
– Вот если б на мечах...

– На мечах, Кави, на мечах. Пагди - забыл?

– А... да, точно. Милосердная память... накинула полог забвения. А без меча?

Старший укоризненно уставился на младшего:

– Воистину!.. иной раз складывается у меня впечатление...

– Импрессия!
– важно вставил младший, откровенно радуясь возможности блеснуть выученным словечком.

– О да, ещё какая!..

– В безоружном бою орки непобедимы, - сказал Дурта. Последнее время Кави начинало мниться, будто достойный мудрец несколько даже и раскаивается в успехе своих педагогических дерзаний.
– Это правда. Или же почти непобедимы.

– О да, но только лишь за счёт выдающихся физических кондиций - именно боевое мастерство у степных племён развито всё ж таки относительно слабо.

– "Кондиций"? А это что это за слово вообще?

– Значит, шкура слишком толстая, - пояснил Дурта.
– С такой кондицией и мастерства никакого не надо, я прав ли?

– Как сказать...
– уклонился от прямого ответа старший эльф.
– Ежели вспомнить, к примеру, то своеобычное оружие, возможности коего демонстрирует сударь капитан...

– А он сам по себе оружие, имп... имманентное вообще.

И в это самое мгновение, когда старший Кави, окончательно утрачивая умиротворённость, собрался было потребовать от своей младшей вариации прекратить использовать слова, смысла которых юный эльф объяснить пока не в состоянии - иначе говоря, прекратиться ругаться...

За тонким пологом, прикрывавшим вход в пещеру, послышался негромкий хлопок, затем отборнейшая ругань и наконец звук, какой издаёт довольно крупное человеческое тело при падении в холодную воду.

Сударь капитан отогревался у костра. Рядом же, растянутые на палках, сохли его одежды.

– Почему туда всегда посуху, - вяло пробормотал Немец, отхлёбывая из тыквы, - а как обратно - так обязательно в воду?..

Шутейный тон его нисколько не обманывал Кави. Ситуация, правду молвить, сложилась препаршивая.

Всего прежде, сударь капитан вернулся вовсе без сулёного волшебного снадобья от чумы. На той стороне ожидала его засада, и засада такого изрядного свойства, что даже бывалый Немец не смог обратить предначертанное поражение в очередную победу.

– Да нет, я понял-то всё сразу, - объяснил он весьма откровенно, - просто думал - вдруг они на приманку хоть чуток таблеток захватили. Контрольная закупка, всё такое. Мало ли.