Правда, будь уверен, теперь я стану тебя ждать - терпеливо, уверенно, прекрасно зная, что ты никогда не успокоишься и, что бы ни случилось, все равно рано или поздно придешь и сердито спросишь: "Трис, ну, сколько можно?!" Посмотришь своими теплыми тигриными глазами и снова задашь мне тот самый вопрос.

И тогда я отвечу тебе то, что уже сказала сегодня.

– Да, - шепнули сами собой немеющие от холода губы.
– Да. Я тоже тебя люблю...

Ночь. Тишина. Вечные сумерки, стыдливо прикрытые полупрозрачной вуалью тумана. Молчаливая скала, обрывающаяся в пустоту. Бездонная пропасть под ней, у которой не видно ни конца, ни края. Призрачный свет, льющийся сверху, будто вино из опрокинутого кувшина. И крохотная фигурка, сидящая на каменном отломке, свесив ноги и пристально разглядывающая повисшее в воздухе зеркало.

Я неслышно вздыхаю, пристально следя за тем, как на другом конце вселенной, где-то в необозримой дали, за Границей, в настоящем мире, медленно расходятся в разные стороны две скорбные процессии. Здесь, в вечной тишине, не слышно слов, не доносится тихое пение родичей, но я знаю, что в этот грустный рассвет никто из них не думает о мести. Как никто не смотрит по сторонам и совершенно не замечает, что совсем рядом, на расстоянии удара, так же медленно и печально расходятся самые страшные, непримиримые и вечно готовые к бою враги.

Да только сейчас им уже не до боя. Не до крови, схваток и мести. Король Бретован лично несет на руках неподвижное тело сына, не видя ни света, ни солнца, ни растерянных братьев, а смотрит лишь на его посеревшее лицо, бессильно обвисшие лапы и устало закрытые веки. За ним долгой вереницей тянутся ровные ряды потрясенных до глубины души шаддаров. Их крылья опущены в знак боли и траура. Когти подобраны, головы сникли, шаги неуверенны, но никто не останавливается на краю скорбно молчащего ущелья - легкий толчок, хлопок, и все они в едином порыве взлетают, оставляя за спиной голые камни, вытоптанный снег, пустое небо и разбитые надежды.

С другой стороны так же молча уносятся в небо белоснежные девы, их вечные соперницы, противницы и непримиримые враги. Так же поникшие, подавленные, убитые. Несущие на дрожащих руках еще одно неподвижное тело. В то время как там, внизу, на холодных камнях, сиротливо белеют два жестоко изломанных крыла, на фоне которых вызывающе ярко смотрится вошедшее в скалу до упора, окровавленное копье с серебряным наконечником, а с него на некогда белые перья все еще медленно падают тяжелые алые капли.

Мне не нужно смотреть, чтобы понимать, что это значит. Не надо оглядываться на бело-алую стену, отгородившую со всех сторон этот пустынный насест, чтобы знать, где мне придется коротать следующую вечность - я слишком часто бывала в Мире Теней, чтобы хоть на мгновение усомниться. Жаль, конечно, что все так получилось, но у этой истории, по крайней мере, будет нетривиальный конец. Не самый приятный, не самый счастливый, но я хотя бы имею возможность незримо присутствовать там, куда никогда не вернусь. И радоваться, скрывая слезы, что хотя бы теперь у них будет возможность покончить с этой бесконечной войной.

Да. Пожалуй, это действительно - хорошая цена.

– Ну? И как тебе картинка?
– вдруг деловито звучит у меня за спиной.

Слегка удивившись, оборачиваюсь и долгую секунду таращусь на крупное золотистое облачко, зависшее перед глазами. Впрочем, чего это я? Ему же тут самое место.

– Рум?
– неуверенно улыбаюсь, уже чувствуя, что ошибки нет.

– А то кто же!
– довольно хмыкает он, материализуясь в некое подобие человека, и немедленно усаживается рядом.
– Я ведь говорил, что меня уже убивали. Забыла?

Я с облегчением вздыхаю - надо же, вот уж не думала, что у меня и в Мире Теней появится такая славная компания. С ним, конечно, долго на одном месте не пробудешь, замучает ворчанием и вечным недовольством, но это хотя бы что-то. Все не так скучно и тоскливо, чем наблюдать через щелочку дела покинутого мира.

– Зеркало Иира?
– со знание дела тыкает он прозрачным пальчиком в холодную поверхность.
– О! Неплохая работа. Где взяла?

– Сделала. Магичка я или нет? А ты почему в таком виде?

– Привык, - пожимает плечами призрак.
– К тому же, я ведь демон, Меняющий Обличья - мне в любом облике комфортно. Да и какая разница? Я всегда искал что-то новое, вот и побуду для разнообразия бесформенным.