Шрифт:
– Ты, Степа, говорят, родом из Чебоксар, – издалека начал Богдан.
– Тебе не все равно, начальник? – огрызнулся Вяткин.
– В общем-то, все равно. У вас там в Чебоксарах все такие – из-за бабы втроем на мента?
– Из-за бабы?.. Ну да, из-за бабы… Только Инна не баба…
– Охотно с тобой соглашусь. Девушка она красивая… Понравилась она мне, и ты понял это. Но зачем кодлу под это дело собирать? Ну, вышли бы один на один, поговорили бы как мужик с мужиком…
– Так один на один и выходили. Ашота и Олежу я чисто для понта взял.
– Да, только Олежа твой со спины подкрался. И нож у него был. Зачем нож, Степа?
– Я почем знаю? Крыша у мужика поехала…
– А у Ашота ствол был, это уже ни в какие ворота… Или есть ворота? Если есть, давай открывай, послушаем, как они скрипят.
– Какие ворота, начальник? Откуда я знал, что у Ашота ствол был? Я за него не в ответе!
– Конечно, они демоны, а ты ангел.
– Может, и не ангел, но точно не при делах…
– Это все Ашот виноват, да? Или Олежа? Ты не при делах, а кто-то из них с твоей Инной крутил… Они крутили, а ты не при делах, да?
– Кто с Инной крутил? – вскинулся Вяткин. – Ты о чем, начальник?
– Ну, Ашот кулон из ювелирного дернул, Инне твоей подогнал, а ты даже не в курсе? Может, она еще и расплатилась с ним за этот кулон?
– Расплатилась?.. С Ашотом? Ты чо, мент, с дуба рухнул?! Да я любому за нее пасть порву!.. А что за кулон, начальник? – спохватился Вяткин.
– Из ювелирного магазина кулон. Прошлой осенью салон на Советской улице выставили, оттуда и кулон. Ты его сегодня на груди у Инны видел. И ты видел, и я видел. Ты знал, что вещь краденая?
– Не понимаю тебя, начальник.
– Все ты понимаешь, Степа. Ты умный мужик, сразу сообразил, что я за этот кулон зацепился, потому и поговорить со мной захотел. Только разговор не заладился. Твой Олежек убить меня мог. И Ашот за ствол схватился. Хорошо, что я тертый калач и хитрость твою разгадал. Я выжил, Степа, а ты в наручниках. Я мог бы тебя понять, мужик. Мог бы понять и даже простить. Получил бы ты свои три года за вооруженное сопротивление представителю власти, и на этом все. А так я просто тебя отпущу, Степа. Сначала Коту наводку на тебя дам, а потом отпущу…
– Какому еще Коту?
– Котов Михаил Алексеевич, одна тысяча девятьсот семидесятого года рождения. Молодой еще человек, двадцать два года недавно исполнилось. А гляди ж ты, центр города под своим контролем держит. Бригада у него центровая. Шестьдесят бойцов, железная организация. Я с ним разговаривал, парень он спокойный, я бы даже сказал, мягкий. Но это со мной. А со своими у него строго. Чуть что не так – выстрел в голову, и на погост… Да, Степа, да, мне самому такой подход к делу не нравится. Есть информация, что Миша Котов своих бойцов лично убивает. И своих, и чужих… Но информация оперативная, к делу ее не пришьешь… Поэтому мы за тобой, Степа, слежку устроим. Миша поклялся найти грабителей, которые ювелирку на Советской вынесли. Найти и убить…
– Чего-то я не понимаю, начальник, зачем ему это? – занервничал Вяткин.
– Как зачем? Эта ювелирка у него под крышей была, он процент с торговли получал, а тут какие-то отморозки… Я тебе больше скажу, Махор под это дело подписался, но грабителей не нашел. А почему? Да потому что чужие это люди. Казалось бы, за чужих он не в ответе. Но это не так, Степа. Эти залетные дела делают, а в общак не отстегивают. Как думаешь, что с тобой будет, когда ты у Кота в лапах окажешься? Дело сделал, а в общак не положил… Это, считай, ты лапу в воровской общак запустил. Это крысятничество, Степа. Тебя сначала опустят, а потом кончат. Меня твоя интимная жизнь не интересует, а вот когда тебя замочат, тут мы и вмешаемся…
– Это не я ювелирку выставил! – судорожно мотнул головой Вяткин.
Насчет Махора Богдан приврал – не искал вор грабителей. Во всяком случае, информации на этот счет не было. Зато Кот пытался их вычислить. Отомстить он клятвы не давал, но все равно мог спросить за убытки в подконтрольном ему бизнесе. Хотя вряд ли он станет напрягаться: дело, как говорится, прошлое. Но Вяткин, похоже, угрозу со стороны Махора принял за чистую монету. Из этого уже можно было делать вывод, что с законным вором он никак не связан.
– А кто?
– Не знаю!
– Да, но как гранатовый кулон оказался у Инны?
– Понятия не имею!
– Значит, это она ювелирку выставила?
– Я этого не говорил.
– Но дал понять… Я за Инну любого порву! – передразнил Вяткина Богдан. – На словах ты герой. А в жизни ты баклан, Степа. На бабу свою вину хочешь спихнуть… Только Инна против тебя показания может дать. Ты ей этот кулон подарил…
– Может, и я… Только я его в магазине купил… Это стандартный кулон, таких много. Так что ты обознался, начальник.