Самый последний слизняк защищался очень здорово: он просто-напросто скрывался от лазеров за спинами других. Ребята поливали лазерными лучами всё пространство скучившегося врага, слизняки грохались, давя тараканов. Уже никто не обращал, как мне казалось, внимания на детей, и я уже несколько раз просил Вестара по триди-визору дать мне возможность подойти к ним. На что он рявкал: "Нет! Рано ещё!"

Я понимал его умом: нельзя, чтобы дети расслабились, а такое может произойти мгновенно, едва я к ним подойду. А вдруг события повернут несколько иначе?..

И будто сглазил. Тварь, несущая плёнку, внезапно проскочила кордон из лазерного огня (она-то лучи видела!) и стремительно помчалась прямо на нас. О прицельном огне в уязвимые места чудовища говорить не приходилось: били просто навстречу. Слизняк ревел от дымящихся ран, но грохотал к выходу, как танк, потерявший управление. Нам пришлось разбежаться в стороны, причём, насколько я увидел в суматохе, Вестар успел-таки подхватить за шиворот Арни и потащил его в мою сторону. Тяжело быть телохранителем при двоих.

Какие тут макушка, глаза и пасть?! Когда несётся на тебя такая махина - с полуметровыми, убийственно пощёлкивающими клешнями, под аккомпанемент собственного, заикающегося от прыжков рёва, тут уж точно не до жиру. Успей только выскочить - на подрагивающем полу - из-под плотно-резинового тела, могущего раздавить тебя всмятку - и не заметить.

Мы ещё только оборачивались, нацеливая лазеры на слизняка, а он уже втиснулся в дверной проём. Косяк мгновенно пошёл трещинами. Застрявшая было тварь сильно рванула и пропала в коридоре вместе с выдранным косяком и полуразрушенной стеной. Отход её прикрывала завесь из пыли и падающих кусков стены. Рёв теперь удалялся в глубины полигона.

Двое-трое ребят помчались было за ней, но остановились - навстречу бежал я:

– Не надо! Не надо за ней! Вы не настолько защищены! Лучше добить остальных!

– Эта дрянь не поскачет к платформе?

– Нет, она заблудилась в здании!

– Тогда берём детей - и по машинам!

Так что наша троица осталась сторожить вход в зал, пока "основные силы" добивали тараканов. Вскоре ребята с трудом загнали последнего таракана в противоположный от нас угол, откуда он попытался оглушить их пронзительным визгом, оборвавшимся на самой высокой ноте. Господи, какая тишина наступила… Беловато-серые клубы пыли мотались по всему залу, нехотя опадая. Запахи горелой плоти, горячего кирпича - или чего ещё строительного…

Вот теперь я поспешил - с неохотного разрешения Вестара - к детям, на ходу скидывая с себя жилет. Без шлема - дышать тяжеловато, даже чихнул от терпкой горечи дымной пыли. Тот же дым здорово ел глаза.

Их оказалось двенадцать, не считая неподвижного тела Карла. От упавших и поползших к "Вольфу" не осталось и следа: плёнка сожрала их.

Пламя, невидимое для Шерифа, всё ещё продолжало гудеть вокруг детей, сомкнувших круг. Но даже невидимый, оборонно-боевой ментал просто оттолкнул Арни, когда тот подошёл слишком близко. Не веря глазам и ощущениям, он вытянул руку вперёд и ошарашенно провёл ладонью по невидимой стене.

– Что это?!

– Занимайся ты вместе с ребятами у Вестара - не спрашивал бы, - сказал я, твёрдо уверенный, что теперь и Шериф будет среди активных участников секции.

Обойдя круг и везде наталкиваясь на слепые от сосредоточенности, совершенно не детские глаза, я остановился напротив Таис - бледно-белой статуи с пустыми глазами. Попробовал пробиться сквозь защиту - безнадёжно. Тогда просто начал смотреть на неё, потихоньку "трогая" место перед её глазами: "Таис, это я, Брис. Отзовись, Таис. Опасности больше нет".

Ребята сгрудились вокруг детей, благо рёв сбежавшего слизняка больше не беспокоил и уже существовала уверенность, что в любом случае победа над ним - дело следующих нескольких минут.

– Брис, а если попробовать противоментальную защиту скафандра?
– несмело предложил Никас, пристально вглядываясь в поисках бреши в круговой защите.

– Нет гарантии, что они в ответ не убьют кого-нибудь из нас - как врага, пытающегося добраться до них. Единственная возможность - достучаться до сознания Таис. Именно она держит их в обороне.

Смолкнув, я снова упрямо стал посылать мысленный призыв: "Таис, откликнись. Это я, Брис. Я здесь, и здесь безопасно".

Я предполагал, что глаза Таис оживут - и будет разрядка. Но никак не ожидал, что Таис осмысленно взглянет на меня - всего на мгновение - и упадёт. А за нею начали падать и остальные дети. К чести ребят, они от неожиданности не подумали, что эти дети опасны, что к ним и подходить иной раз страшно. Бросились ловить на лету всех, кто оказался под рукой, и тех, что подальше, лишь бы не разбили головы о пол.