Шрифт:
Штабс-капитан развернулся и напряженной походкой пошел к оврагу….
И скрылся за ближайшими деревьями…
Глава 21
Вскоре из оврага рысью вымахнул всадник на красавце-кабардинце и, резко натянув поводья, осадил коня, оглядывая поле боя, устланное телами офицеров и нижних чинов своего отряда…
Сербин тронул шпорами бока Орлика, и конь легким наметом донес его до парламентера.
И только вблизи Леонид рассмотрел шитые золотой нитью погоны полковника на плечах парламентера.
.
Полковник пристально посмотрел в глаза Леонида и, вскинув руку, обтянутую тонкой лайковой перчаткой к виску, представился:
– Князь Салтыков Павел Евграфович. Полковник Генерального штаба Российской Армии. С кем имею честь разговаривать? – Его породистое лицо не выражало никаких эмоций…
– Казак Сербин Леонид Кондратьевич, - ответив на воинское приветствие полковника, представился Путник. – В прошлой жизни – хорунжий пластунской сотни Особого ударного отряда. Я слушаю вас, полковник.
– Хорунжий, я вынужден просить вас об одолжении, - полковник замолчал, продолжая гипнотизировать Леонида взглядом.
– Я слушаю вас, - повторил Леонид.
– Вы только что уничтожили половину моего отряда, хорунжий, - полковник нервно щелкнул стеком по голенищу сапога лаковой кожи. – Выманили на пулеметы и… Может быть удовлетворитесь этим и пропустите нас?
– Куда и зачем мы должны вас пропустить, полковник?
– Мы уйдем в Румынию, хорунжий. Другие границы сейчас закрыты… Коль в этой стране нет больше места для нас...
– в словах полковника сквозила неприкрытая горечь. – Мы не хотели уходить морем, как все… Хотели сражаться за Россию, за ее величие… Но видя бесперспективность дальнейшей борьбы с красными, все же приняли решение уйти за границу. Народ нас отторгает, как чужеродный организм… Мы с боями идем от самого Екатеринодара, и нигде нас не встречали хлебом-солью. Лишь пулями да штыками…
Пропустите нас, хорунжий! Дайте уйти из этой, теперь уже чужой для нас страны…
– Так вы сами, князь Салтыков, Павел Евграфович, создали для себя такую ситуацию, - Леонид помолчал некоторое время, обдумывая ответ. – Вы же офицер Генерального штаба, князь. Как же вы допустили Царя-батюшку до отречения от престола? Отдали власть в стране Временному правительству, опуская ее тем самым в пучину безвластия и анархии, развалили фронт, отдав бразды командования солдатским комитетам…. Чего ж вы хотите теперь? Ваши белые армии позорно бежали за моря, бросив Отечество на произвол судьбы. И вы вот сами, как крысы с тонущего корабля, решили убежать в Румынию….
Да, полковник, здесь, в этой многострадальной стране, боле нет для вас места! Ни для вас, ни для ваших офицеров, предавших Россию!
– Ты что несешь, хорунжий! – полковник побагровел и схватился за кобуру. – Мы служили России верой и правдой! Не наша вина в том, что фронт развалился, а ваших агитаторов большевистских – кайзеровских прихвостней!
– А вы, полковник, - Леонид был абсолютно спокоен, - Надо полагать, в действующих войсках находились в это время? Так что ж вы дали волю болтунам болтать? Что ж не перевешали их по законам военного времени?
– Да потому что устали от войны и офицеры и солдаты! Виделось какое-то рациональное зерно в их выступлениях…. А царь, верный союзническому долгу, все гнал и гнал на фронт новые эшелоны… В мясорубку гнал!