Шрифт:
Сердюк смолчал, свесив голову на грудь…
Собрав оружие и увязав его в узел, Сербин свистнул, и вскоре с радостным ржанием прискакал Орлик, который, резвясь и заигрывая с хозяином, пошел перед ним сначала боком, высоко вскидывая сухие, тонкие ноги, потом, встав на дыбы, и, наконец, упал перед Путником на колени передних ног, оскалив бархатные губы в счастливой лошадиной улыбке….
Глава 25
К концу двадцатого года в донецких степях были уничтожены практически все банды, за исключением мелких бандитских шаек из десятка человек. Да и те постарались уйти в города, потому что у селян и хуторян в степях отнять было нечего – надвигался голод…
Морозовско-Донецкая дивизия «Красный партизан» в начале 1921 года была расформирована, и только сводный полк из наиболее подготовленных кавалеристов, которых уже запрещалось называть казаками, готовился к отправке в Сибирь, где вспыхнуло крупное крестьянское восстание.
Сербин был назначен командиром роты, в которую в полном составе влилась его «Летучая» сотня, отказавшись командовать полком. В составе роты добавились пулеметная команда и артбатарея из двух полевых орудий. Был теперь в роте и свой кузнец, и свой оружейник, и свой ветеринар для лечения лошадей, и свой «лазарет» – доктор и два фельдшера.
В конце февраля 1921 года полк в полном составе прибыл в Тюменскую губернию. И здесь Сербин впервые осознал слова Лесного отшельника о власти, построенной на крови…
Восстание охватило все семь уездов Тюменской губернии, 4 уезда – Омской и Курганский уезд. Крестьянские отряды, которыми командовал лесничий Ключенко, захватывали советские учреждения, зернохранилища, убивали коммунистов и продотрядовцев. Поводом для восстания стали реквизиции семенного зерна. Но переполнила чашу терпения очевидная глупость молодого парткомиссара по сельскому хозяйству, который, желая досрочно выполнить план по сдаче шерсти, приказал стричь овец … зимой. Овцы стали болеть и сотнями умирать от холода…
К моменту прибытия полка жертвы среди партийных функционеров превысили семь с половиной тысяч человек…
Сжав руками виски, рассматривали командиры полка карту, на которой синими стрелами расползались уезды, контролируемые повстанцами… На концах стрел располагались обозначения крестьянских отрядов и количество активных штыков в них. Выходило, что армия восставших крестьян достигала семидесяти тысяч человек…
– И чего же они хотят? – угрюмо спросил комполка представителя Тюменского губкома ВКП(б) Перельштейна. – За что сражаются?
– Чего хотят? – Перельштейн ловким движением губ перебросил папиросу справа-налево и обратно. – Известно чего: народной советской власти без коммунистов! Хотят истинного народовластия, свободных выборов, денационализации промышленности…
– То есть, того, чего хочет и вся Россия… - тихо сказал комполка.
– Простите, не понял? - встрепенулся Перельштейн.
– Кто руководит восстанием? – комполка прикурил новую папиросу.
– Общее политическое руководство осуществляет Союз трудового крестьянства – организация внепартийная и несоциалистическая. А командиры, извольте: лесничий Ключенко, фельдфебель Желтовский, еще какой-то Острых…
– Товарищ Перельштейн, вы понимаете, к каким жертвам приведет наше вмешательство в ваш внутренний конфликт? – Сербин не смог сдержаться.
– Ведь можно же было найти какие-то компромиссы, не доводить народ до восстания...