Шрифт:
– Не знаю, что и сказать, Орлов… - тихо сказал Сербин. – Думаю, что вы действительно являетесь носителем тайн, которые на самом деле способны взорвать мир. Но вот как жить с этим багажом, я не знаю. И ничем не могу помочь…
– А мне и не нужна ваша помощь, Леонид! – горячо сказал Орлов. – Мне нужно было просто выговориться! Облегчить душу! Ведь разведчик всегда застегнут на все пуговицы – вот в чем его горе, его боль! Ему некому поплакаться в жилетку… А иногда это бывает просто необходимо! И знаете, начиная этот разговор, я ни на секунду не усомнился в вас. Я знаю, что вы никогда и никому не расскажете о нашем разговоре, и не, потому что вы верный партиец, я ведь знаю, что вы до сих пор числитесь беспартийным, а потому, что в вас еще осталась та искра, маленькая, но тлеющая искра русского офицера, которая отличает его среди тысяч подобных…
Орлов встал с камня, одернув пиджак.
– Постойте, Орлов! – Леонид тоже встал. – Я внимательно выслушал вас. Из вашей речи получается, что наша помощь воюющей Испании чуть ли не блеф! Но как же тогда наши советники, воюющие в рядах республиканцев, как наша техника: танки, самолеты? Значит, СССР оказывает помощь и техникой и военными кадрами? Что-то не складывается….
– А не складывается, Леонид от того, что в вашей голове нет полной картины, вы не знаете реального положения дел… Хотите, я скажу вам сколько военных специалистов сражается сейчас в Испании? Вы будете смеяться, но это реальная цифра – две с половиной тысячи человек! И все эти люди – нелегалы! Все они, как впрочем, и вы, проникли в Испанию по подложным документам. Советский Союз не несет за вас никакой ответственности… А наши танки? Они же горят, как свечи... Испанцы бросают их на поле боя десятками! Так нужна ли Сталину Испания?! Да нет же! Его целью было только испанское золото! Помяните мое слово: очень скоро все советские военные здесь будут брошены на произвол судьбы. И выбираться на Родину вы будете через все муки ада. Здесь, в Испании еще есть чем поживиться, я знаю эти планы, сам участвовал в их разработке… Но вот когда из этой бедной страны будут вывезены остатки ценностей, она будет брошена на растерзание Франко. И вы, в том числе. И вот тогда, Леонид, дай вам Бог уцелеть…
Леонид не понял, что толкнуло его на этот шаг, но он сделал его… Он шагнул к Орлову и крепко, как старого, проверенного друга обнял его.
Они молча постояли несколько мгновений и разошлись. Разошлись, чтобы никогда больше не встретиться на этой многострадальной земле.
Лишь поднявшись на увал лощины, Орлов вдруг обернулся и сказал:
– Да, Сербин, забыл тебя поставить в известность: «Старик» арестован за связь с германской разведкой… Вот так вот…
Сербин молча упал на камень, крепко сжав руками виски… Арест «Старика» - начальника разведывательного управления РККА ставил крест на его возвращении на Родину. Ведь только он мог подтвердить его личность и его легендированное задание в Испании… Сербин знал, чем кончаются подобные аресты: начинается повальная зачистка «подвалов» - под подозрение подпадают все сотрудники бывшего «шефа»…
Оставалась слабая надежда, что их маленькую группу трудно будет разыскать в воюющей Испании. Тем более, Ксанти обещал сделать им «испанские» документы… Тем более, в рядах партизан-диверсантов, которые всегда на боевой работе…
Глава 15
Год пролетел в непрерывных боях и сражениях. «Геррильерос» из отряда Буонавентуры Дурутти уходили на задания практически ежедневно, унося на плечах иногда по двадцать килограммов взрывчатки. Отряд состоял сплошь из анархистов, и лишь полковник Ксанти был в нем коммунистом. Но ему Дурутти доверял, как себе…
С памятных событий по эвакуации испанского золота прошел почти год, и та операция стала мало-помалу стираться из памяти Путника, тем более, что Ксанти стал чаще привлекать его к практической работе, поскольку сам, получивший уже пять ранений, стал больше внимания уделять штабной работе и планированию операций.
Летом 1937 года на севере Испании сложилась крайне напряженная обстановка. Войска франкистов смяли оборону республиканцев и вышли к городу Сантандеру. Город и порт непрерывно бомбили самолеты германского легиона «Кондор» и расстреливала артиллерия «чернорубашечников». Положение обороняющихся было критическим…
Душным августовским вечером, когда рубашка, насквозь пропитанная потом и грязью противно прилипает к спине, Путника вызвал Ксанти, разместившийся со штабом в полуразрушенном подвале. Рядом с ним сидело несколько военных, а на столе была разложена большая карта порта.
– Присаживайся, товарищ! – Ксанти придвинул Путнику какой-то ящик. – Знакомьтесь, товарищи – это Паулито – командир отряда геррильерос. Один из наиболее опытных и удачливых. Вот этот капитан, - Ксанти указал на испанского моряка с чисто славянской внешностью, - Северино Морено. Командир подводной лодки «С-6», пришвартованной у причальной стенки порта. С этого момента, Паулито, ты и твои бойцы принимаете на себя всю ответственность за судьбу лодки, экипажа и ее груза. Вам немедленно следует отбыть в порт вместе с товарищем Морено и на месте согласовать все мероприятия по защите лодки. Предупреждаю: лодка должна уйти из порта только тогда, когда все пассажиры и груз будут полностью приняты на борт. Даже если бой будет идти уже на трапе… Вам все понятно, товарищ Паулито?