– Николай! – обратился Сербин к капитану. – Мне немедленно нужно связаться с моим командованием. Полковник Ксанти, наверно, уже похоронил нас – больше месяца ни слуху, ни духу… Есть ли радиосвязь с частями армии у коменданта порта?

– Этого я не могу знать, Паулито, - развел руками Северино. – Но мы можем сходить в радиоузел порта и узнать это. Пропуск по территории у меня есть.

Они отправились в порт и после часа блужданий по его огромной территории, наконец, нашли радиоузел.

Радист долго долбил ключ морзянки, пока добился связи с 14-м партизанским корпусом. Леонид протянул ему листок радиограммы, и радист снова застучал ключом. Расшифровав ответную радиограмму, он протянул текст Сербину. На клочке бумаги было всего несколько слов: «Завтра в 8-00 за вами придет машина»…

Сербин сжег бумажку, бросив золу в жестяное ведро с водой, специально предназначенное для этих целей.

Они спустились по крутой металлической лестнице из радиорубки, и Сербин заметил погрустневший взгляд капитана.

– Ты чего загрустил, Николай? – весело спросил Сербин. – Все уже закончилось! Мы дома! Ну, в смысле, у своих!

– Привык я к тебе, Паулито! – с грустью сказал Николай. – Надежно с тобой!

– Ну, теперь ты будешь плавать, фашистов топить! – хорошее настроение не покидало Сербина. – Я тут уже тебе не помощник! Мое дело здесь, на земле! Расходятся наши пути-дороженьки, братишка!

– Расходятся… - вздохнул Николай. – Но так хочется, чтоб когда-нибудь, ну, уже после войны, сошлись!

– После войны… - задумчиво проговорил Путник. – Эх, знать бы, когда она закончится, война-то!...

– Скоро, мой друг, скоро! – воскликнул Николай.

– Нет, Мыкола, - твердо сказал Сербин. – Настоящая война еще впереди… И, чует мое сердце, будет она долгой и жестокой… И много жизней унесет!

– Да, ты о чем, дружище? – Николай удивленно посмотрел на Путника. – Какая война?

– Война с фашистской Германией, Николай! – жестко сказал Сербин. – Вот это будет та война, в которой нам одержать победу будет очень нелегко… Не знаю, удастся ли вообще совладать с таким мощным противником…

– Ты что-то не то говоришь, Паулито! – Николай даже остановился. – Ведь все газеты, да и сам товарищ Сталин постоянно твердят о том, что в Германией у нас дружеские отношения: обмен военспецами, совместное изучение техники, даже совместные учения…

– И все-таки, война не за горами, Николай! Ладно, закрыли тему. Забудь все, что я тебе сейчас говорил! И не вздумай обсуждать это с кем-либо другим! Договорились?

– Договорились… - неуверенно сказал Северино. – Я тебя понял…

– Дай слово, что никто, кроме нас с тобой, ничего не узнает об этом разговоре! – глаза Сербино цепко зацепили глаза Северино.
– Иначе, пропадем оба, и я, и ты!

– Даю слово коммуниста! – голос капитана, наконец-то, затвердел. – Это останется пищей для моего ума. И ничьего более!