Шрифт:
Подступившие к разъяренному Голове более опытные воины были мрачнее некуда. Один из них, высокий мужчина с пышными русыми усами и выгоревшей до белизны шевелюрой, подошел ко мне и хлопнул по плечу. От этакого дружеского хлопка я чуть не навернулась вперед кувырком.
– Спасибо, парень, спас наши дубленые шкуры! Хотелось бы узнать имя доблестного спасителя. – В голосе, несмотря на все старания ее скрыть, проскользнула насмешка.
Я была лаконична до неприличия:
– Рель. – В конце концов, имею право не рассказывать всю родословную: разбудили среди ночи, травят какой-то гадостью…
Как ни странно, меня поняли как нужно:
– Малец обещан Храму, Калтан.
Все понимающе закивали в ответ на реплику командира, как будто она все объясняла. Возможно, так и было.
Усталость решила, что довольно пожаловала мне времени опамятоваться и пора уже ей вступать в свои права. В глазах нехорошо потемнело, тело ощутимо покачивало, а необходимо еще как-то дотащиться до нашей повозки.
– Давайте завтра поговорим, а? – просительно протянула я. – Спать-то как охота! Жутко.
Фраза разрядила обстановку – все стало на свои места: бравые воины и отпрашивающийся баиньки юнец, у которого еще молоко на губах не обсохло, а вовсе не таинственный воин Храма. Можно идти восвояси.
Уже почти возле нашей телеги меня негромко окликнул все тот же Голова.
«Никак не расстанетесь». Любовь, наверное. С первого взгляда.
– Ма… Рель, если все-таки раздумаешь идти в Храм, отправляйся в Рин, спроси рента Алата, там меня все знают, да и не только там. В два счета найдем тебе работенку… – Он ненадолго замолчал. – Не торопись к церковникам, порядки там у них – не забалуешь. Просто подумай об этом.
Мужчина развернулся и пошел в обратную сторону, а я, оставив все глобальные размышления на потом, последним усилием сменила растерзанную рубашку с ампутированными рукавами на чистую, забралась под теплый плащ, чуть подвинув своих так и не проснувшихся подружек, и сдалась на милость заждавшимся сновидениям.
Глава 19
Нахальный острый стебель, непонятно как пробравшийся сквозь дерюжку, куртку, жилет и рубашку, колол кожу. И никакие старания не помогали избавиться от настырного раздражителя. Чертыхнувшись, я открыла глаза навстречу наступившему утру. Оно оказалось превосходным. Все как положено: нежно пригревающее солнышко, поющие птички, легкий теплый ветерок и красота позднего лета вокруг. Воспоминания о прошедшей ночи, не выдержав конкуренции с солнечным днем, трусливо скрылись в глубинах памяти.
Мийя на удивление спокойно сидела рядом, играя с куклой, сооруженной из каких-то тряпок. Я с ужасом опознала в них мою безнадежно испорченную рубашку с оторванными рукавами.
– Солнышко, – просипела я, – где ты это взяла?
– Мама дала, – охотно пояснила девочка.
После двух таких простых слов надежда скрыть от попутчиц ночное происшествие приказала долго жить.
Я перевернулась на живот и приподнялась на локтях, чтобы полюбоваться спиной сидящей на козлах женщины, оскорбленной в лучших чувствах.
– Тайя, – вкрадчиво начала я, – я могу все объяснить…
Она даже не повернула головы на мой негромкий оклик.
«Все понять – значит все простить. Или обидеться еще больше». Пусть обижается! Неужели я должна была ее разбудить со словами: «Ты знаешь, подруга, я тут волкодлака прибила, и теперь ты можешь спокойно спать»?! Не хочет разговаривать – принуждать не буду! У меня тоже гордость имеется…
Стараясь отвлечься от жалости к несправедливо обиженной себе, я решила уделить должное внимание окружающему пейзажу. Все вокруг было до боли знакомо – та же природа, но с каким-то неуловимым отличием, которое никак не давало мне покоя. Листва и трава как будто зеленее, оперение у птиц ярче, а небо голубее. Я, разумеется, не доктор биологических наук, но все-таки…
Что это – влияние магии на природу или наоборот?
«Да у нас здесь юннат завелся!» Этому юному натуралисту давно пора появиться, чтобы узнать хоть что-то об этом мире, а не давать отпуск голове, тратя впустую кучу времени.
Как мне не хватало наставника, проводника, которому я могла бы довериться и который помог бы мне узнать больше об этом удивительном мире!
«Вот только не нужно снова призывать мертвяков!» Ой…
За этими грандиозными размышлениями я не сразу заметила, что наш обоз остановился.
«Обед!» – первая мысль, пришедшая мне в голову.
Но есть почему-то не хотелось…
От тракта ответвлялась узкая, извилистая дорога, ныряющая в заросли дикой малины. Настало время попрощаться с попутчиками. Водящий отдал приказ, повозку вычленили из поезда и вывели под уздцы нашу лошадку на новый путь. Прощание было недолгим и скупым. Всего несколько минут – брешь в обозе ликвидировали, и он двинулся дальше. Рядом с нами остался лишь Голова стражи. Мужчина нерешительно мялся, скреб бороду и многозначительно хмыкал.