Шрифт:
— Мама! Я же вас просил!
— Так, сынок! — С расстройства второй фриц принял естественную форму, и мост чуть не рухнул под тяжестью дракона. Ойхо торопливо взмахнул крыльями и завис сверху на манер вертолета. — Нельзя яичко отдавать, ежели в нем смерть Кощея!
— А то я без вас не знаю! — возмутился юноша. — Нет, ну вы за кого меня принимаете? Все предусмотрено, вы, главное, не мешайте!
— Не будем, сынок, не будем! Вон за теми кустиками заляжем…
— Лучше вон за тем лесом, — решительно потребовал Алексей.
— Как скажешь, — покладисто согласилась Яга. — Ты только с мостика-то уйди, не дай бог в водичку плюхнешься, а у меня там для Кощеюшки столько сюрпризов припасено…
Алеша перегнулся через шаткие перила моста.
— О господи!
Река Смородина кишела аллигаторами. Именно скрежетание их зубов насторожило Алешу, когда он подходил к реке.
— Мама! Ё-моё!! Что ж ты мне все карты-то путаешь?
— Говорил тебе, не надо вмешиваться, — расстроился дракон.
— Молчи, зеленый!
— Ну вот ты можешь сказать, — продолжал бушевать Алексей, — зачем тут аллигаторы?
— Как зачем? Как зачем? — заволновалась старушка. — Колдун-то магрибский из Африки? Свита должна быть. Опять же, коли Кощеюшка ненароком в речку булькнется, они его на столько кусочков растащат, что, какой бы он ни был бессмертный, ни в жисть обратно не соберется.
— Угу, — грустно согласился Алексей. — Тем более что из крокодильчиков эти кусочки уже в переработанном виде выйдут… А о Роксане вы подумали?!
— Ее не тронут, — успокоила сына ведьма. — Я их на Кощея науськала. Платочек евойный понюхать дала. Триста лет не стирала. Как чувствовала, — пригодится!
— А форма эта фашистская зачем?
— Ну, — замялась Яга, — мы как бы охрана колдуна…
— Вано не немецкий, он магрибский колдун!
— Ну, я уж не знаю, в чем они там в Африке ходят, — отмахнулась Яга. — Но у Бормана вся охрана такая была. Как сейчас помню! «Не думай о секундах свысока»! — старческим фальцетом запела старушка.
— Хорошо поешь. Все, концерт без заявок окончен. Освобождайте территорию!
— Да ты погодь, Алешенька, — заторопилась Яга. — У меня еще один планчик родился только что. Давай я тут вместо столбика постою…
— Какого столбика?
— Ну, этого… полосатого, — ткнула автоматом в шлагбаум старушка. — А папа воздушным змеем прикинется, чтоб никто не догадался…
— Ну да… «Я тучка, тучка, тучка, а вовсе не дракон»…
— Что-то в этом есть, — задумался Ойхо.
— Слова запоминай, — засуетилась старушка. — Не дай бог, перепутаешь.
— Мама!! — в отчаянии закричал Алексей.
— Да ты сам посуди, сынок, как я такую махину в кустиках спрячу? А вот летающего бумажного змея никто не заметит. Обычный карнавал в Китае.
— Мама! Здесь — не карнавал, и Магриб — это Африка! Африка — это крокодилы, бегемоты, обезьяны…
— Кашалоты, — подсказал Ойхо. — Может, мне кашалотом прикинуться?
— Гы-гы-гы… — закатился Васька.
— Кустиком зелененьким! — окончательно вышел из себя Алеша. — Во-о-он за тем лесом!
— Ну не серчай, сынок, мы ж как лучше хотели.
Дракон подхватил Ягу вместе с ее автоматом, и они исчезли в наступающих сумерках.
— Наконец-то в дело вступают профессионалы, — потер лапы Васька.
Алеша внезапно понял, что, если он доверится профессионалам из родного Черного Замка, не видать ему Роксаны как своих ушей.
— Сгинь! Если я твою усатую морду увижу в радиусе километра до окончания операции…
Что-то подсказало Ваське — лучше не возражать, и он сгинул в кустах рядом с мостом, заставив потесниться недовольно засопевшую Ягу.
— А Ойхо где? — прошептал кот.
— А ты за кем прячешься?
— Не шебуршитесь, — сердито прошелестели листья голосом Ойхо. В искусстве наведения мороков дракону не было равных.
Алеша взглянул на часы. «Сейко» показывали без двадцати двенадцать. Что же делать? Время на исходе, а тут, понимаете, крокодилы! Ладно если они только на Кощея натасканы, а если нет? Алеша еще ни разу не видел дрессированного крокодила, однако что-то менять было уже поздно. Юноша чуть не кубарем слетел с моста и залег в кустах, неподалеку от Яги и Васьки, не подозревая о том, что укрылся за зеленой физиономией своего приемного папаши.