– Дайте сигаретку, люди, – Даша протянула руку, – там холод собачий!.. А вы что делаете?

– Со скуки пухнем, – Аня отодвинула банку, – Владик спит. Я так и знала, что этим все закончится. Вика с Павликом лижутся, будто другого времени не будет…

– А Лунина?

– Что Лунина? – Настя поднесла зажигалку, – журнал читает.

– Спать охота, – заключила Аня, – было б не так холодно, пошли б, пошлялись где-нибудь.

– Может, правда?.. – Кирилл робко взглянул на Дашу, – оденешься, и будет нормально.

– Чего ты на меня вылупился? Спроси у Луниной! – Даша пыталась сохранить строгость, хотя мысленно прыгала и хлопала в ладоши …Как же ты, Кирочка, обломался-то!..

– Кир, – Ваня положил руку ему на плечо, – давай лучше, шлепнем по рюмке.

– Э-э!.. Не хватало, чтоб ты вырубился! – Настя схватила Ваню за рукав, – мне нужен нормальный трезвый мужик, и чтоб у него встал в нужный момент, а то Новый год называется!..

– Я, например, иду спать, пока некоторые кровать не заняли, – заявила Аня решительно.

– Не бойся, нам и ванной хватит, да, Вань?

– Ладно, тебе, – смутился Ваня и принялся, по одному, поднимать Настины пальцы, сжимавшие его руку – это было какое-никакое развлечение, пусть и на ближайшие две минуты.

– Не слушай их, – справившись с задачей, Ваня подтолкнул Кирилла к лестнице, – пойдем, бухнем, а ты какой-то убитый.

…Ни хрена у него не выгорело, потому и убитый!.. – чуть не крикнула Даша, но мудро промолчала, иначе б пришлось выяснять, кто придумал дурацкое пари, и все стало б еще хуже.

Когда ребята и Аня, скрылись в квартире, Настя ожила.

– Ванька, дурачок, счастья своего не знает. Прикинь, лапает меня, как школьник, и еще краснеет!.. Ну, а вы-то что так долго?

…Блин, неужто они все тут в курсе?.. Но взглянув на подругу, Даша решила, что это, скорее, подогретое скукой любопытство, и успокоилась.

– Что-что!.. Кира про любовь заливал в полный рост!..

– Чего, правда?!.. Я ж говорила! А Анька спорила – карьерист, карьерист… Умница! – Настя послала подруге смачный воздушный поцелуй, – ну, а ты?

– А я… – Даша картинно выпустила дым, – я послала его обратно к Луниной.

– Клево! Так ему и надо!.. – Настя засмеялась, довольная, что женщины в очередной раз оказались лучше мужчин, – идем, глянем, какую лапшу он ей вешать будет.

Они тихонько проскользнули в незапертую дверь и остановились. На кухне горел яркий свет, а в комнате царил интим – из семи огромных свечей осталась лишь одна, дрожащая и потрескивающая, готовая погаснуть в любой момент, но это уже никого не волновало.

– Сейчас шампусик принесу по такому случаю, – Настя отправилась на кухню, а Даша пошла в комнату, где запах прошлогодних салатов и сгоревшего воска сразу напомнил, что праздник заканчивается. Собственно, такого праздника было и не жаль – жаль ожиданий, которые не оправдались.

Даша остановилась на пороге, но ничего толком не разглядев, щелкнула выключателем.

– Блин, Дашка, выключи! – Вика прикрыла ладонью глаза.

Даша послушалась, но успела увидеть спавшего на диване Владика; Вику, уютно устроившуюся на коленях у Павлика – они уже не были дедом Морозом и Снегурочкой, и о прошлой ипостаси напоминали лишь расшитая бисером шапка, да мешок, красной тряпкой валявшийся под елкой. Кирилл с Ваней сидели за столом, заставленном грязной посудой, и держа в руках рюмки, глядели друг на друга, видимо, придумывая тост. Оставаться в этом «царстве теней» желания не возникло, и Даша, не говоря ни слова, вышла.

– …Наташ, ну, Наташ… – донеслось с кухни, – ты умная – журналы, вон, читаешь…

Заглянув в дверь, Даша увидела Лунину, сидевшую на табурете с раскрытым «Караваном историй». Рядом, на корточках пристроилась Настя, пытаясь привлечь ее внимание, и, похоже, Луниной это нравилось.

– Насть, – она кокетливо улыбнулась, – я ж не массовик-затейник.

– Но ты умная – у тебя «отл.» по всем наукам.

– Издеваешься, да? – Лунина вздохнула, – у меня в прошлую сессию две четверки было, а в эту даже не знаю… Послезавтра экзамен, а я еще книжку не открывала.

Скрипнула половица, выдавая Дашино присутствие, и Настя вскинула голову.

– О, Дашка! – она подскочила к подруге, схватив со стола приготовленное шампанское, – ты, вот, проветрилась – давай теперь, придумывай развлекуху, а то Наташка не хочет!..

– У нее голова другим занята, – Лунина закрыла журнал.

– Это чем же? – механически выпалила Даша; потом вытаращила глаза, – Наташ, ты чего, сбрендила?..

Настя переводила взгляд с одной соперницы на другую, и в ее глазах, пытаясь вырваться наружу, прыгали сотни чертенят, ведь обычно Лунина являла само спокойствие – ну, как и положено дочери банкира, которой все позволено и все доступно.