— Тот самый случай, — заметил Дени.

— Вибрации слишком нелицеприятны, — вставил Филип.

— И две машины безмозглых только что подкатили к главным воротам, чтобы устроить пикеты, — добавил Северен.

Севви , телепатически выговорила ему Люсиль, сколько раз я тебя просила не употреблять этого слова, особенно вслух, когда вокруг нормальные, которые могут услышать и обидеться.

Мальчик вздохнул и пробормотал:

— Простите, если я употребил оскорбительное выражение.

Но телепатическая речь, не слишком умело направленная двум братьям, тут же перечеркнула извинение:

А что делать, если они безмозглые и ненавидят нас до посинения, знаете, что они кричат делегатам, прибывающим сейчас из других отелей? УМНИКИ УБЛЮДКИ! УМНИКИ УБЛЮДКИ! И ЗАЧЕМ ВАС МАМА РОДИЛА?! Скажете, не безмозглые? А мы позволяем обливать нас дерьмом! По-моему, уж лучше, как русские, показать, что мы сумеем себя защитить, если всякие засранцы будут к нам лезть…

Северен ! — предупредил Дени.

Фу, черт ! — Северен закусил губу.

Морис и Филип сосредоточенно уставились в тарелки; умственные барьеры на месте.

Мы с мамой надеялись, что ты уже достаточно взрослый, чтобы участвовать в жизни зрелых оперантов на данной критической стадии нашей эволюции , продолжал Дени, обращаясь к Севви. Кое-какие впечатления здесь положительны, кое-какие отрицательны, но все же они должны способствовать росту сознания.

— Да, папа, — ответил Северен. (Но хотелось бы мне, чтоб нормальные перестали нас ненавидеть, может быть, сделать их такими, как мы, для их собственного блага и для нашего тоже.. .)

— Научиться любить, — менторским тоном заявил Филип, — вне зависимости от стихийных проявлений доброй воли, возникающих между совместимыми личностями, — задача, требующая немалых затрат времени и психической энергии. Терпимость особенно тяжело дается нормальным, поскольку они лишены ясновидения, принимаемого нами, оперантами, как должное. Нормальные, как правило, строят свои оценки на поверхностных критериях или предубеждениях.

— К примеру, — подхватил Морис, — нормальный поглядит на Севви и увидит лишь маленького зануду с пятном от яйца на галстуке… Тогда как мы, используя метапсихическое восприятие, можем изучить его душу и понять, что за противной внешностью скрывается настоящий недоумок!

— Ну, погодите, выйдем из-за стола! — погрозил им Северен.

— Мальчики, мальчики! — строго сказала Люсиль.

— Конечно, мальчики, а кто ж еще! — рассмеялся вслух Роги.

Дени бросил взгляд на часы.

— Через пять минут в Золотом салоне начинается семинар профессора Малатесты по психоэкономической векторной теории. Филип и Морис, надеюсь, вы не хотите опоздать?

— Нет, папа.

Все еще переговариваясь в уме, они вежливо попрощались и чинно вышли из ресторана. В шестнадцать и четырнадцать оба уже переросли отца, Филип писал диссертацию по биоэнергетике в Гарварде. Морис, без пяти минут бакалавр гуманитарных наук, перед тем как поступить на медицинский факультет Дартмута, собирался еще получить степень доктора философии.

Роги мысленно обратился к Дени и Люсиль:

В шутливой мальчишеской перепалке есть явный подтекст. По-моему, все трое напуганы до чертиков.

Ты прав , подтвердил Дени.

Ни один из них еще не видел такой концентрированной ненависти, заметила Люсиль. Хановер — святилище оперантности, а у Филипа хотя и были стычки в Гарварде, но там слишком уж цивилизованная атмосфера для возникновения серьезных инцидентов. И естественно, Сыновья Земли во всей красе неприятно поразили детей.

Может, лучше отправить их домой? — предложил Роги.

Служба безопасности держит ситуацию под контролем, возразил Дени. Рано или поздно мальчикам придется сталкиваться с открытой враждебностью. Причем не. всегда рядом будут умственные наставники.

Но, Дени, Северену всего десять лет!

— Послушай, — повернулся Дени к младшему сыну, — не поехать ли вам домой? Тебе за пять дней небось надоели ученые дискуссии. Я могу попросить Фила отвезти вас с Морисом в Хановер.

Северен поморщился.

— А банкет на вершине? Ведь там наверняка разразится буря, а я пропущу такое!

Дени изо всех сил сдерживал улыбку.

— Мне кажется, неприятные эфирные нюансы тебя огорчают.

Северен угрюмо ковырял вилкой остывшую яичницу.