Покупки выбили из нашего бюджета приличную сумму, но денег оставалось еще достаточно, правда, практически одни доллары, надо было обменять.

Подумали – а почему не совместить полезное и полезное? Я спросил у прохожего, где тут ближайший обменный пункт, и мы пошли в указанном направлении.

Через минут пятнадцать я увидел старинное здание – там вроде как находился почтамт, а за одной из дверей расположился обменник, у которого, как и всегда, шастали подозрительные личности.

Мы с Зарей обменялись взглядами, и она сказала:

– Давай я схожу, а ты постой снаружи, посмотри.

– Уверена? – с тревогой спросил я.

Заря грустно улыбнулась и подмигнула мне.

– Расслабился на воле? Забыл, кто я такая? Уверена… мне надо поактивнее участвовать в задании.

Я остался наблюдать возле выставленного на улицу прилавка с пирожками и различным печевом, изображая, что прогуливаюсь и выбираю – чего бы купить, а Заря, коротко переговорив с одним из «жучков», молодым парнем совершенно аферистского вида, вошла в соседний подъезд здания.

Через минут пять туда направился еще один парень – похоже, из этой же группы, и, заглянув, сказал что-то, зашел и исчез внутри.

Минуты три спустя из дверей вышла Заря, отрицательно качнула головой и пошла вниз по улице – там был скверик с густыми кустами и поваленными добрыми гражданами урнами у входа.

Я последовал за ней, наблюдая за происходящим, и увидел, как из дверей, где происходил обмен, выскочили двое парней, подбежали к трем типам, стоящим чуть поодаль, и все пятеро бросились за Зарей вдогонку.

Я чуть прибавил шагу, чтобы успеть к кульминации всего действа.

Зайдя за чугунную решетку заплеванного скверика, сориентировался по направлению – в углу сквера было место, прикрытое большой ветлой, опускающей ветви до самой земли, оттуда слышалось пыхтение, стоны и хруст. В ожидании я остановился, и через минут пять оттуда вышла элегантная, ничуть не вспотевшая Заря, которая тихо обронила:

– Валим отсюда по-быстрому, я тебе потом все расскажу.

Мы быстрым шагом вышли из сквера к дороге, поймали тачку и через пятнадцать минут уже сидели на набережной под колокольчиком навеса и ожидали заказ, сделанный официантке в белом кружевном передничке.

Официантка, приятная, милая девушка лет двадцати, принесла нам мороженое, посыпанное орехами, и, спросила, не нужно ли чего еще. Мы отказались, официантка ушла, и больше нас никто не беспокоил – было позднее утро, солнце вовсю грело набережную, вбивая острые лучи в раскаленный асфальт, так что народу в кафе почти не было.

Заря открыла под столом сумочку и показала мне толстые пачки денег.

– Улов. Теперь живем. А они нет! – Она усмехнулась. – Как ты и предполагал, меня тут попытались кинуть. В подъезде я отдала ему штуку баксов, парень пересчитал деньги, передал мне российские рубли, я пересчитала – не хватает. Отдала ему для пересчета – старая как мир схема! – тут заглядывает второй и говорит типа с укоризной этому придурку: «Я же тебе говорил, не меняй деньги! Это незаконно!» Первый сунул мне назад доллары – я сразу увидела, что уже подменил какими-то зелеными принтерными ушлепками.

Он попытался слинять, но я врезала ему – не наповал, но так, чтобы не ушел. Второй, видя это, со словами: «Ты че, тварь, охренела?!» заскочил внутрь и тут же получил от меня горячего.

Я забрала у них деньги, положила в сумочку, а придурков оставила там валяться – подъезд жилой, люди рядом, нельзя было убивать, кипеш поднимут. Одна бабка, услышав шум драки, высунулась из квартиры и пригрозила вызвать милицию. Вот я и решила увести этих типов в безопасное место. Получилось еще лучше – они прихватили группу поддержки, видать, побоялись уже вдвоем лупить слабую девушку, – Заря весело рассмеялась, – ну а за кустами я их положила. Вот еще травматика, взяла на всякий случай. Может, выкинуть? Тяжелый, зараза, таскать его замучаешься. Пытался на меня направить, болван… Давай-ка пересчитаем, чего там у нас… – Заря несколько минут пересчитывала толстые пачки и наконец с удовлетворением подытожила: – На конфеты точно хватит – около восьмисот тысяч. Неплохо поработали! Тот случай, когда работа приносит и удовольствие, и хорошую прибыль!

Я покосился на девушку, с детски довольным выражением лица слизывающую с пухлых губ растаявшее мороженое, помедлил и, решившись, спросил:

– Скажи, а ты действительно испытываешь удовольствие, убивая людей?

Заря отложила ложечку, откинулась на спинку стула и с неудовольствием воззрилась на меня.

– Все было так хорошо! Ну зачем вам, мужикам, всегда надо все испортить? Зачем лезть в душу и ковыряться там? Ну вот зачем сейчас ты это спросил? Если я скажу, что получаю удовольствие, ты меня бросишь и уйдешь с гордой рожей? А если скажу, что нет, ты забудешь о том, что я профессиональная убийца, положившая десятки людей? Ты с какой целью это спросил? Испортить мне настроение? – Заря явно рассердилась и чуть не шипела, как кошка. – Да, я испытываю удовольствие, убивая этих подонков! Они мне всю жизнь сломали! Вместо того чтобы учиться в университете, скакать в ночном клубе и кататься на красивой папиной машине, я кочевала из детского дома в психушку, меня били, насиловали, унижали, мучили, надо мной проводили научные эксперименты изуверы в белых халатах – что я должна сейчас чувствовать, уничтожая этих подонков на улицах, скажи мне! Раскаяние? Стыд? Нет у меня давно уже стыда! В детдоме отучили стыдиться. В психушке, когда меня, привязанную к кушетке, насиловали санитары и приводили ко мне гастарбайтеров, продавая мое тело по двести рублей за акт. В яме с дерьмом я оставила свой стыд, стараясь дышать носом и думая о том, что, наверное, когда тебя, голую, прилюдно бьют палкой – это очень больно и стыдно. Ты удовлетворен ответом, мой добрый напарник?

Я помолчал, глядя в ее яростные глаза, и с сожалением сказал:

– Прости меня. Я такой же, как ты… почти. Забыл на короткое время, кто мы такие и что мы делаем, расслабился. Мне приятно с тобой, и я на минуту представил, что мы просто влюбленная парочка, где-то на юге в отпуске отдыхающая в свое удовольствие. Наверное, я безнадежный дурак, романтик и идеалист по жизни. Прости.

– И ты прости… – вздохнула Заря. – Набросилась на тебя ни за что. Ты-то ни при чем тут, жизнь такая у меня удалась паскудная, вот и виню всех, кто под руку попадется. А мне с тобой хорошо, есть у тебя какая-то основательность, этакая порядочность, вбитая папочкой и мамочкой. Что, я что-то не то сказала? Напомнила о чем-то? Ну вот… обменялись любезностями… прости. Давай не будем больше начинать разговора об этих вещах? Пусть идет как идет. Звонка от хозяев все нет, значит, задание продолжается. Вот такой вопрос… можешь мне рассказать? Если не запрещено – какие у тебя способности экстрасенса? Это чтобы нам на будущее знать, чего ожидать друг от друга и эффективнее действовать в паре.