– Да, это дельно… – задумчиво протянула Лена. – Ты у меня не такой дурак, как мне показалось сегодня ночью в кабинете Старика! – Она хихикнула и чмокнула меня в губы.

Через полчаса мы уже крепко спали, усталые и удовлетворенные.

Утром мы решили пойти на рынок и одеться – сбросить наконец чужие обноски с дырками и следами крови, да и Лене надо было купить женскую одежду, не ходить же ей все время в мужской.

Я обратился к трактирщику, неизменно стоящему на своем месте у стойки и совершавшему ритуал всех барменов во всех мирах – круговыми движениями завороженно протиравшему кружки и стаканы, – и попросил послать за Гарсугом, поскольку с его помощью проще найти в городе нужное место.

Через минут десять Гарсуг уже стоял перед нами, как всегда невозмутимый, зыркающий зелеными глазами исподлобья.

– Гарсуг, ты знаешь, где тут рынок? Или лавки с одеждой? Отведи нас туда.

– Хорошо. Идемте за мной.

Гарсуг выскользнул из гостиницы и зашагал по улице в сторону центра, мы постарались не отставать от него – волколак шагал быстро, легко, будто скользя над мостовой, как настоящий волк.

– Гарсуг, а что там за помещение, где живут волколаки при гостинице?

– Обычное помещение, – пожал плечами он, – комнаты на пять волколаков, лежанки, стол, стулья. Крыша над головой.

– А где они кормятся, те волколаки, что живут в этой комнате?

– Хозяева присылают еды, трактир выдает мяса. Нормально, жить можно.

– Ничего, скоро мы в своем доме будем жить, заберем тебя к себе.

– Да я в общем-то не переживаю, что волколаков не селят с людьми, – неожиданно проницательно сказал Гарсуг, – я привык уже, с детства. Так что не расстраивайтесь.

– А ты не думал уйти от людей, Гарсуг? – спросила Лена. – Зачем тебе работать на них? Не думал вернуться к своим?

Гарсуг усмехнулся, обнажив крупные белые клыки:

– А куда к своим? У меня тут все свои. Я ничего не знаю об их жизни, привык к другой – что я буду делать в лесу, среди волколаков? Да и ушли они от людей… с людьми всегда было так: или подчиняешься, или тебя убивают. Много волколаков погибло, пока они не поняли этого.

– Далеко идти до рынка? – Я решил сменить неприятную тему. – Уже минут сорок тащимся, и все никак не дойдем!

– Еще столько же, – пожал плечами волколак. – А может, лучше нанять экипаж?

– Конечно, нанять! – с жаром сказала Лена. – Только где тут они, эти Ахримановы возчики?!

– Сейчас найду, – усмехнулся Гарсуг и, как лошадь, галопом понесся за угол, поднимая пыль и оставляя на пыльных плитах дороги царапины от мощных когтей.

– Скорость видала? То-то он успел добежать до города и вернуться за один день. Как это они людям поддались, непонятно! Это же совершеннейшая убойная машина!

– Люди всегда хитрее и коварнее, чем любое другое существо. Потому, наверное, и выжили в процессе эволюции… Ну слава богу, вроде поймал извозчика. Ноги уже отваливаются в этих башмаках! Они на два размера больше, чем мне нужно!

Три минуты торга с ушлым извозчиком – и мы уже сидели на скамейке в экипаже и наслаждались отдыхом. Гарсуг пристроился на облучке, рядом с водилой.

Справа и слева медленно проплывали дома, люди, идущие по своим делам, крытые и открытые экипажи, мало чем отличающиеся от того, что я видел на картинках в книгах про Средние века или дореволюционное время.

Архитектура города была специфической, преобладали дома с плоской, слегка покатой крышей, они стояли в каком-то определенном порядке – я заметил, что улицы города изгибаются, и понял: все дома расположены концентрическими кругами. Но не все улицы изгибались, часть были радиальными и пересекали эти круги – прямые как стрела. Подумал: «Вот результат консерватизма в строительстве – предки этих людей строили круглые, как Аркаим, города-государства, вот и потомки не отказались от такой практики». Кстати, для обороны это довольно удобно – если враг войдет в город, то по плоским крышам легче перемещаться и осыпать агрессоров смертоносными стрелами. Было бы еще удобнее, если бы улицы закручивались как-нибудь по спирали, но как тогда передвигаться людям? Вот и появились радиальные улицы, рассекающие кварталы, как ножом.

Народ на улицах, если их одеть в земные одежды и убрать конные экипажи, ничем не отличался от земных людей – ни поведением, ни внешностью. Длинноносые, с вытянутым черепом, довольно высокие, с белой или смуглой кожей, они спешили куда-то по своим делам, разговаривали, смеялись, ругались и обнимались – все как обычно.

В толпе резко выделялись редкие жрецы Храма, одетые в красные, алые с золотом одежды, с лысыми, как коленка, головами. Они важно шествовали по улице, и люди благоговейно перед ними расступались, как льды перед атомными ледоколами. Сразу было видно, кто хозяева здешней жизни.