Джон увидел голову и переднюю часть тела одного из котопсов. Переместилась только половина животного. Из раскрытой пасти торчали желтые зубы, глаза остекленели. На асфальте была кровь и внутренности.

— О боже, я убил твою собаку! — сокрушался шофер.

— Нет… Она… не моя… Она… гналась… за мной, — проговорил Джон, тяжело дыша.

Мужчина огляделся.

— А вот как раз и Харви, — сказал он, показывая на полицейского в кафе, где Джон завтракал утром. То есть, не именно здесь. Это ведь уже другая вселенная. Машина, которая его чуть не сбила, ездила на бензине.

— Эй, Харви! — закричал мужчина, размахивая руками. Кто-то тронул полицейского за плечо, и тот повернулся, устремив взгляд на залитую кровью улицу.

Несмотря на полноту, двигался Харви быстро. Бросив в мусорное ведро пончик и стакан, он тут же направился к ним, по пути вытирая руки о штаны.

— Что тут произошло, Роджер? — Полицейский бросил взгляд на запыхавшегося, измученного Джона, потом на котопса. — Откуда это, черт возьми?

Он тронул ботинком останки животного.

— Эта тварь, похоже, гналась за парнем. Я налетел на нее и чуть не сбил парня. Кто это? Барсук?

— Кто бы это ни был, ты его уделал. — Харви повернулся к Джону. — Сынок, ты в порядке?

— Нет, — ответил Джон. — Я вывихнул запястье и подвернул ногу. Животное, должно быть, бешеное. Гналось за мной от самой библиотеки.

— Вот так так! — Полицейский присел на корточки. — Кажется, оно тебя цапнуло за ногу. — Он задрал Джону штанину и показал на отметины зубов. — Придется делать уколы, сынок.

Он вызвал службу по контролю за животными и «Скорую» для Джона. Работник из службы долго искал вторую половину котопса. На вопрос Харви, что это за зверь, только пожал плечами: «В первый раз такого вижу». Когда он поднял останки, Джон увидел обрывки рюкзачных лямок и даже застонал от досады — рюкзак с тысячью семьюстами долларов остался в предыдущей вселенной под другой половиной котопса.

Медсестра обработала Джону голень, осмотрела запястье и колено, потом осторожно тронула лоб.

— Ой, — отпрянул Джон.

— Что такое? У тебя, наверное, сотрясение. Надо же — попасть под машину, спасаясь от бешеной собаки. Ну и денек у тебя!

— Да, денек неважнецкий.

— Неважнецкий, — повторила она. — Давно я не слышала этого слова. Так говорила моя бабушка.

— Моя тоже.

Его положили на носилки и погрузили в «Скорую». Вокруг собралось порядком народу. Джон ждал, что вот-вот кто-нибудь узнает его и позовет по имени, но ничего не произошло. Возможно, здесь его тоже не существовало.

«Скорая» приехала в больницу Рота — строгое здание пятидесятых годов, точно такое же, как во вселенной Джона. Минут пятнадцать он просидел у кабинета неотложной помощи, потом пришел пожилой врач и тщательно осмотрел Джона.

— Порезы ладони, небольшое растяжение запястья. Ничего страшного, — констатировал он. Ощупав колено, добавил: — Растяжение связок правого колена. Наложим повязку. Пару дней придется походить на костылях.

Через несколько минут пришла женщина с планшетом в руках.

— Надо заполнить бланки, — сказала она. — Тебе уже есть восемнадцать?

Джон покачал головой, быстро соображая, как быть.

— Сейчас приедут родители.

— Ты им позвонил?

— Да.

— Нам потребуется информация о страховке.

Морщась от боли, Джон слез со стола, выглянул в дверь и проследил за женщиной, пока она не скрылась. Потом заковылял по коридору в другую сторону до аварийного выхода. Открыл дверь и, оставив позади себя вой сирены, направился через стоянку прочь.

К утру холод пробирал до костей. Колено распухло и стало размером с дыню; внутри пульсировала боль. Ночевка на библиотечной лестнице была явно не на пользу. Первичный, наверно, уже пошел в школу. На английский. Хоть бы, гад, сочинение о Хопкинсе написал!

Джон спал мало — болело колено, и на душе скребли кошки. Он потерял кучу денег, остались только семнадцать долларов в бумажнике. Лишился рюкзака. Удрал из больницы, не оплатив счет. Одежда разодрана в клочья. И самое главное, он по-прежнему понятия не имеет, как вернуться домой.

Ему нужна помощь.

Здесь оставаться нельзя — больница наверняка связалась с полицией.

Он проковылял к магазину «Бен Франклин», где купил себе новые джинсы и рюкзак. Потом вышел в центр площади, дождался, пока никого не было рядом, переключил счетчик и нажал рычаг.

Джон поднялся по ступенькам библиотеки. Здесь все выглядело, как дома. Впрочем, Джон и не искал различий. Главное, выяснить, как попасть домой. Стоя на площади, он раз десять пытался вернуться назад, пробовал даже вселенные с номерами меньшими, чем у его собственной… Ничего не вышло.