Шрифт:
— Да, я твой двойник. Другой вариант тебя.
Джон Субпервичный энергично закивал.
— Только ты не потерял руку!
— Не потерял. — Джон склонил голову. — Как это произошло?
Лицо Субпервичного исказила гримаса.
— На вилы напоролся. Помогал отцу раскладывать сено на чердаке, оступился и упал. Вилы разорвали мне бицепс.
— Помню. — С Джоном, в его вселенной, едва не произошло то же самое. Ему было двенадцать, они с отцом нагружали чердак сеном. Джон схватил слишком большой тюк, думал, что справится, но не устоял на ногах и вывалился во двор, зацепив ногой вилы. Сильно расшибся, а вилы упали рядом и поранили плечо. Отец вначале перепугался, а потом стал его ругать. А уж как мать распекала… Рана на плече по сравнению с этим — ерунда. — Мне они только плечо поцарапали. В моем мире.
Джон Субпервичный вытаращил глаза. Потом засмеялся.
— В одном мире я теряю руку, в другом отделываюсь царапиной… Вот здорово!
— Еще как, — сказал Джон, не понимая, чему тот радуется.
— Давай, пошли в дом, позавтракаем!
Джон посмотрел на него, как на сумасшедшего. Как Субпервичный может его приглашать?
— Я собирался украсть твою жизнь! — закричал он.
Джон Субпервичный кивнул.
— А потом увидел, что у меня нет руки… Моя жизнь тебе не подходит. У тебя целы обе.
Он снова засмеялся.
— Дело не только в этом, — сказал Джон. — Я не мог решиться…
— Да, понимаю.
— Нет, ты ни черта не понимаешь! — закричал Джон. — Я потерял все! — Он сунул руку под рубашку и переключил счетчик. — Прощай.
— Нет. Подожди! — крикнул Субпервичный.
Джон отступил назад и нажал рычаг.
Мир покачнулся, и Джон Субпервичный исчез.
Сарай и дом остались, далеко в поле тарахтел трактор отца. Еще один мир, где ему, Джону, нет места. Он переключил прибор, нажал рычаг. Снова дом. И тут Джон нужен ничуть не больше. Счетчик, рычаг, и еще, и еще. Дом пропал, появился снова, стал зеленым, вместо красного, а Джон все жал и жал, стремясь как можно дальше убраться от того мира, где едва не совершил преступление.
Облака на небе дергались в хаотическом танце. Лес то появлялся, то исчезал. Дом скакал из стороны в сторону, когда на фут, когда на полфута. Сарай вел себя еще более легкомысленно — оказывался за домом, перед домом, на западной стороне, на восточной. Рельеф не менялся — ровный, с небольшим уклоном.
Вселенные мелькали друг за другом. Сколько их было, Джон не считал. Наверное, около сотни. И везде он лишний. Наконец он остановился, обессиленно рухнул на землю и заплакал.
Он потерял свою жизнь. Потерял окончательно и безвозвратно.
Джон прислонил голову к дереву и закрыл глаза. Постепенно слезы иссякли, дыхание успокоилось, и он забылся сном.
Глава 12
— Эй, парень, пора просыпаться.
Кто-то ткнул его в бок. Джон раскрыл глаза и увидел отца.
— Папа?
— Это вряд ли. Если моя жена ничего не скрывает.
Мужчина подал руку и помог Джону подняться. Сомнений не было: рядом, опираясь на палку, стоял его отец из этой вселенной. Но Джона он не узнал.
— Простите, что я заснул в вашем лесу. Очень устал.
— Ничего, бывает. — Мужчина махнул палкой в сторону Герни-роуд. — А теперь пора идти. Город там. — Он показал на север. — Мили две отсюда.
— Да, сэр. — Джон пошел, потом остановился. Отец его не узнал. Значит… Он повернулся. — Сэр, я давно ничего не ел. Не могли бы вы меня накормить, а я отработаю?
Билл Рейберн — Джон принудил себя не думать о мужчине, как о своем отце, — взглянул на часы.
— Если верить часам и моему желудку, обед будет очень скоро. Вареное мясо. Отрабатывать не обязательно.
— Спасибо.
— Как тебя зовут?
— Джон… Джон Уилсон. — Фамилия профессора пришла ему на ум первой.
Они пошли через тыквенное поле к дому: Билл впереди, Джон сзади. До Хэллоуина оставалась неделя, а тыквы были не убраны, некоторые уже начали портиться. Джон увидел большую тыкву с прогнившим верхом, вокруг вилась целая туча мошкары.
На ум пришла шутка, услышанная от отца неделю назад.
— Знаете, что делать, если на Хэллоуин в дом забрались воры?
Билл обернулся и посмотрел на него, как на придурка.
— Что?
— Дать им по тыкве, — серьезно ответил Джон.
Билл остановился, секунду помолчал, и на его губах появилась едва заметная усмешка.
— Дать по тыкве. Надо будет запомнить.
Сарай за домом был меньше, чем в мире Джона, краска на нем облупилась, а в крыше зияла дыра. Ферма вообще выглядела запущенной. Вероятно, его родителям приходится здесь нелегко.
— Джанет, у нас гость к обеду! — крикнул Билл, войдя в заднюю дверь. — Разувайся.
Джон снял туфли и поставил их на привычное место, рюкзак повесил на крючок. Крючок был другой — фигурный, из латуни. Дома они с отцом соорудили на этом месте деревянную вешалку.