Инга и Сванидзе вышли из кабинета первыми и быстро прошли на стоянку к Ингиной машине. В салоне автомобиля они о чем-то оживленно заспорили. Панов и Рудина ушли от Фадеичева в странном состоянии: они не верили, что им удалось настоять на своем, не знали, радоваться им или печалиться, и были скорее обескуражены, чем воодушевлены.

В это время в кабинете Фадеичева продолжался серьезный разговор.

Семен Иванович тяжелым взглядом посмотрел на тренеров, плеснул себе в рюмку коньяку, не предложив гостям, выпил и сказал:

–  Ну что будем делать, господа хорошие? Заставить мы их не можем. А если бы и заставили, где гарантия, что они чемпионат могут выиграть. А медали надо брать. Вы ведь еще чемпионов мира не выпускали, насколько мне помнится? А американцев Тарасова тренирует. И пара очень сильная, и тренер чемпионский.

Весталова и Карпов нервно переглянулись, и Карпов заговорил умиротворяющим тоном:

–  Ну не такая уж американская пара и сильная. Кажется, они тренируются лет с десяти, а не с четырех-пяти, как наши.

–  Для Артемовой у нас есть кандидатура в партнеры, - решительно перебила мужа Весталова.
– Женя Ольшанский, талантливый мальчик, пока ничем не прославился, так что без фанаберий. Будет кататься. Отработают ту программу, что делали Артемова с Пановым. Инга - девица амбициозная и техничная, программа полностью готова, надо только отшлифовать. Будем бороться с американцами за призовые места.

–  А Сванидзе?
– справился Семен Иванович.

–  А Сванидзе - головная боль Трусовой и Красовской, пусть сами ему партнершу ищут.

Семен Иванович озадаченно поскреб подбородок:

–  А эти чудики влюбленные что будут на чемпионате показывать?

–  А это уж не мое дело, Семен Иванович, - не без сарказма заявила Татьяна.
– Если кому-то хочется после выигрыша на чемпионате Европы опозориться на чемпионате мира - ничем не могу помочь.

–  Ладно, посмотрим, что у вас выйдет. Сами знаете, до чего неудачи могут довести. И вас, и меня. Ребятам по двадцать лет - пристроятся где-нибудь в ледовом шоу на Западе, а нам просчетов не простят. Свободны.

Когда за тренерами закрылась дверь, Фадеичев нервно забарабанил пальцами по кнопкам телефона.

–  День добрый… не очень-то он добрый… ага, были они у меня только что… ну?.. ты же обещал разрулить ситуацию?.. что-что?! разбежались они, обе пары… не твой план… ну а я при чем, кто деньги вкладывал?.. да ладно, ничем я не рискую. Обещали разрулить, разруливайте…

–  Танюша, ну что ты старика подкалываешь?
– в коридоре укорял супругу Карпов.
– Не надо начальство злить по мелочам.

–  Меня не надо идиоткой выставлять. Ты что, не понимаешь, он хотел на нас свалить обе пары. И все пары: и бездарей техничных, и чудиков влюбленных. Нам работы в десятки раз больше с огромными рисками, а ему чистеньким выглядеть и благородным, что к молодым талантам с пониманием относится. А эти придурки влюбленные еще у меня наплачутся. Вот не послушал ты меня тогда - надо было Панова в одиночники переводить. Влюблялся бы хоть в Артемову, хоть в Рудину, хоть в кобылу какую-нибудь. И где сейчас тот генерал, которого мы побоялись?

–  Артемова ты раньше времени со счетов не списывай. Ну были в его карьере временные трудности. А у кого их не было? Он нам еще пригодится. Дочку-то обожает и ради нее горы свернет, а всем обидчикам шеи переломает.

–  Спасибо, что напомнил про обидчиков. Ладно, хватит об этом, поехали ужинать. Куда сегодня - в ресторан или дома поедим?

К счастью, поиски очень быстро увенчались успехом, а вернее, результатом, потому что оценивать полученные сведения как однозначную удачу у Дениса язык не поворачивался. Пока что он только взял след.

Вчера в гостинице «Москва» произошла небольшая заварушка, в ходе которой свои апартаменты покинул один из жильцов. Свидетелей заварушки не нашлось, все сведения о ней оказались косвенными: погром в люксе, который снимал Донбасс (а это был именно он!), шум, появление гостя, который приходил к Донбассу, в подсобке подземного этажа гостиницы: очевидно, гость спасался бегством. Удалось ли ему это сделать - неизвестно.

Официант, привозивший Донбассу завтрак, опознал по фотографии Голованова. Кроме того, съемки видеокамерами службы безопасности гостиницы зафиксировали Голованова входящим в «Москву». Увы, больше ничем гостиничные секьюрити Денису и Пушкину полезными быть не смогли, как, впрочем, и своему жильцу, снимавшему люкс. Да и хотели ли они быть полезными? Маловероятно.