Шрифт:
На все это ушло не более пяти секунд.
В несколько громадных прыжков Денис преодолел расстояние, отделяющее его от двери. Стрелок мог уйти только через нее. Ногой распахнув дверь, Денис шагнул в коридор и выстрелил по метнувшейся навстречу фигуре. Слава богу, что не попал. Слава богу, что, ослепленный гневом, метил не в корпус, а в голову и рука совершенно рефлекторно поднялась из расчета на средний мужской рост. Пуля просвистела над самой головой Инги.
– Он… - только и смогла вымолвить она, оседая на пол, бледная как сама смерть. Из носа у нее ручьем лилась кровь.
– Он… убежал…
Денис рванул по коридору, домчался до запасного выхода, через который они с Никитой проникли в спорткомплекс, выскочил на ступеньки крыльца. И никого. Пробежал по инерции еще несколько метров, но ни отъезжающей машины, ни удаляющейся тени не увидел. Вокруг висела безлюдная морозная ночь и на утоптанном снегу не осталось ничьих следов.
Чертыхаясь, вернулся к Инге. Она сидела на полу, приложив к лицу носовой платок, который уже пропитался кровью. Денис помог девушке подняться:
– Вас контузило? Голова не кружится, меня слышите?
– Бо не вы… не из-за вас, - проговорила она.
– Я шла, а он выскочил прямо на меня. Схватил, развернул, ударил лицом об стену.
Она указала рукой на стену, где на зеленоватой краске как раз на высоте ее лица расплывались несколько красных капель.
– Вы его разглядели?
– Нет. Все произошло так быстро. Он выскочил как ракета…
– Ну хоть что-нибудь о нем вы можете сказать?
– Не знаю… мужчина, чуть выше вас, широкоплечий, в черном, черная шапочка надвинута на самые глаза, кажется, была рыжеватая щетина и глаза такие… сумасшедшие… А что случилось? Алеша?! Да, Алеша?!
– она метнулась ко входу на трибуны.
Денис поспешил следом. Наткнувшись на тело Онисимова, Инга с круглыми от ужаса глазами обернулась к Денису:
– Бо не он!
– Бо мой напарник, - буркнул Денис.
– Панов, скорее всего, в раздевалке.
– Он жив? Он точно жив?!
– Ее била крупная дрожь.
– Скорее! Что же вы стоите? Скорее!
Они бегом обогнули каток. Под самым бортиком все еще лежал Костышин. В той же поз: ничком, руки на затылке. Денис потряс тренера за плечо:
– Все кончено! Вставайте, все кончено!
Тот никак не отреагировал, и Денис собрался уже тряхнуть обомлевшего от страха Костышина как следует, но рука остановилась на полпути. На спине тренера, чуть ниже шеи и прямо на линии позвоночника, зияла страшная кровавая дыра. Вероятно, это его стон слышал Денис после третьего, кажется, выстрела. А упав, Костышин случайно или в последнем неосознанном движении прикрыл голову руками, что выглядело со стороны, как будто он действует строго по инструкции.
Денис оставил Костышина как есть. Помочь ему уже не смогла бы и немедленная реанимация. Было очевидно, что пуля тэтэшника раздробила позвоночник и прошла навылет. А с такими ранениями не выживают.
Инга ловила ртом воздух, еще секунда - и она хлопнется в обморок. Денис потащил ее в раздевалки. Панова и Рудиной там не было. На полу валялись брошенные коньки, в шкафчике висела одежда фигуриста и та самая куртка, под воротником которой торчал «жучок». Одежды Рудиной не было. Не было и ее сумки.
– Они погибли?
– всхлипнула Инга.
– Не говорите глупостей!
– оборвал Денис.
– Они не погибли и не похищены, они сбежали.
Он достал мобильник (все же вспомнил о мобильнике) и набрал Демидыча:
– Спишь?!
– Бодрствую, - откликнулся удивленный коллега.
– Где Панов?
– На тренировке, где же еще?
– Фиг там! Сбежал минут пять назад.
– Машина на месте, и мимо меня не проходил точно, - мгновенно подобравшись, отчитался Демидыч.
– Возьми кого-нибудь, дуйте на все квартиры. Найдете - тащите в контору. Все.
– Понял.
Денис дал отбой и позвонил в милицию.
Инга понемногу приходила в себя, хотя и была растеряна:
– Денис, можно мне умыться или для милиции нужно оставить все как есть?
– спросила она, вертя в руках носовой платок, кровь из носу у нее все еще шла.
Денис с трудом сдержал неуместную в данных обстоятельствах улыбку:
– Идите умывайтесь и намочите платок, надо остановить кровотечение.
Вызванная Денисом опергруппа прибыла незамедлительно. Денис даже удивился их оперативности. Осмотрев место преступления и сделав положенные снимки, стражи порядка угрюмо наблюдали, как прикатившие вслед за ними медики укладывают трупы на носилки и выносят с территории катка.
Похожий на журавля опер, представившийся капитаном Тимошенко и всем заправлявший, подошел к Денису с двумя прозрачными пакетами в руках. В одном были те самые черные перчатки, в другом - брошенный стрелком пистолет.