– Еще буквально один-два вопроса, - клятвенно заверил Гордеев. А Волгин, вдруг рассмеявшись, пересел поближе к нему и подальше от телефонов и разлил по чашкам кофе, который как раз принесли:

– Давайте уже сразу десять, не желаю видеть вас каждый день.

– В каких отношениях вы были с Ненашевым?
– заторопился Гордеев, пока полковник не передумал.

– Мы дружим тридцать лет, как думаете, можно тридцать лет дружить с человеком, к которому плохо относишься?

– А рассказывал он вам о своей работе? Может быть, о каких-то конкретных сделках или о планах, или о проблемах? Может быть, просил помощи?…

– Подробно не рассказывал и помощи не просил. Ничем незаконным он не занимался, по крайней мере, я об этом не знаю. Кредиторы или конкуренты его, на мой взгляд, похитить не могли, а вот чеченцы, например, с целью выкупа… такую возможность я бы отвергать не стал.

– А не замечали ли вы чего-нибудь необычного в его поведении незадолго до исчезновения? Может быть, он был чем-то обеспокоен, излишне нервничал?

– Вы думаете, мы ужинали вместе каждый день? Мы оба достаточно занятые люди, не всегда удается выкроить время даже для общения с семьей.

– А почему все-таки милицейское расследование топчется на месте?

– Скажите спасибо, что оно вообще началось, через неделю после исчезновения они запросто могли не принять заявления. А на месте топчется, потому что Дмитрий жив. Был бы труп - давно бы уже нашли, а живого человека можно упрятать далеко и очень надолго.
– Он говорил убежденно, делая долгие паузы между словами, словно ожидая, что каждое из них в ту же секунду превратится в гранитную статую с решительно поднятым кулаком.

Осознав бесперспективность дальнейших расспросов, Гордеев поспешил откланяться.

Впечатление Волгин на него произвел неплохое: сильная личность, такому палец в рот не клади. Но за более чем получасовую беседу полковник не выдал ни одного факта, кроме не очень уверенного подтверждения алиби Корниловой. И чем вызвано неприкрытое нежелание сотрудничать: простым недоверием ко всему неофициальному или какими-то другими причинами, Гордеев так и не понял.

– Если я еще чем-нибудь смогу вам помочь, пожалуйста, заходите. Мой секретарь всегда подскажет вам, где меня найти, - с некоторым сарказмом заявил полковник на прощание, явно имея в виду совершенно обратное.

ЧДА "Глория". 25 марта

К началу совещания Денис уже имел на руках всю информацию, тем не менее он посчитал, что будет лучше, если каждый выскажется еще раз. Во-первых, так или иначе, придется проводить инструктаж, во-вторых, одна голова хорошо, две лучше, а четыре - больше, может, кто-нибудь выскажет неожиданную идею.

Начал Макс, он отслеживал по открытым официальным данным, кто выступает соучредителями в полутора десятках акционерных обществ, учрежденных Ненашевым.

– Если не углубляться в детали, Ненашев имеет долю в шести мотелях и двенадцати бензоколонках. Или имел.
– Макс, по своему обыкновению, говорил неразборчиво, глядя под ноги, как будто стеснялся высокого собрания. А может, таким образом заставлял всех внимательно прислушиваться к каждому произнесенному слову; скорее всего, он и сам затруднился бы ответить, чего здесь больше: дурной привычки или тонкого психологического расчета.
– Есть еще две торгово-посреднические фирмы, целиком принадлежащие Ненашеву, но он их использовал исключительно для налоговых трюков, сами по себе они прибыли не приносили. В реально работающих предприятиях его доля не превышает двадцати пяти процентов. Соучредителей в общей сложности около пятидесяти, но все они не самостоятельны - напрямую или через ряд дочерних структур порождены фондом "Спортивная инициатива" или концерном "Русь". И тот и другой, как известно, контролируются небезызвестным господином Гагуа. И такой еще момент: за прошлый финансовый год заявленная прибыль по ненашевским конторам минимальная, балансируют на грани банкротства, тем не менее открыты новый мотель и три бензоколонки. Мораль: Ненашев львиную долю доходов, скорее всего, скрывает от налогообложения, работает под "крышей" Гагуа и имеет со всех своих начинаний ровно столько, сколько тот ему оставляет. Или столько, сколько от Гагуа припрятывает.

Предположения: Гагуа поймал его за руку и примерно наказал. Или Ненашев стал зарываться и потребовал себе большую долю. Или конкуренты Гагуа его прибрали, но тогда это означало бы начало большой войны, которая скорее не происходит, нежели происходит. Или Ненашев испугался, что Гагуа узнает, что он с ним не поделился в соответствующей пропорции, и спрятался. Или Гагуа, зная, что вот-вот начнется отстрел жильцов по мотелям, велел Ненашеву на время залечь на дно. Или Гагуа здесь практически ни при чем.

Предложения по дальнейшей разработке: нужно проверить реальное положение дел в ненашевской неофициальной бухгалтерии, выяснить, кто должен ему, кому должен он, сколько именно, ближайшие перспективы его бизнеса и так далее. Установить все это нужно не только ради общего прояснения ситуации, но и по прямым меркантильным соображениям: поскольку Ненашев жил преимущественно левыми доходами, наша задача заставить Гагуа поделиться зелеными с нашим клиентом, потому что просто так на законном основании он больше двух копеек не получит.

Макс облегченно вздохнул после необычно длинной речи и плюхнулся на место, по-прежнему избегая смотреть коллегам в глаза. Никто вопросов задавать не хотел, поэтому Денис резюмировал:

– Пока как бы все ясно. Значит, Макс продолжает расковыривать ненашевскую черную бухгалтерию, если не будет свежих идей.

– Так, я не буду, как Макс, речугу толкать, - процедил Щербак, - я обошел несколько ненашевских точек, везде одно и то же: ничего не знаем, ни про исчезновение, ни про убийство Лесникова. Но Гагуа якобы дал установку на "добро": если что, все будут нам помогать с дорогой душой.
– Щербак ухмыльнулся: - Само собой, предполагается, если мы не станем лезть, куда не надо. Я вижу это так: Гагуа дает нам понять, что такими козявками, как Ненашев или какой-то убитый жилец из ненашевского мотеля, он свою драгоценную голову забивать не намерен, она у него вся занята государственными заботами. Поэтому мы можем делать что хотим, лишь бы не мешали его делам великим. А может, он блефует, он этой историей озабочен донельзя и подсовывает своих людишек в качестве добровольных помощников, чтобы отслеживать наши действия.