– Ты узнал, чем занималось ЗАО "Лесникофф"?
– прервал Денис, Майский явно пересидел над бумажками.
– Это наш российский "Демидофф" или "Давыдофф"? Или он плюшки выпекал для бездомных? Есть на убитого хоть какие-нибудь оперативные данные со времен последней отсидки?

– Может, тебе еще справку от его земляков-авторитетов добыть о моральном облике уважаемого гражданина Чумы?
– осклабился Майский.

– Неплохо было бы.

– Завтра. Завтра на Лесникова придут свежие оперативные данные из Волгограда. А пока могу показать распечатку результатов аудиторской проверки ЗАО "Лесникофф", кстати, занимается это ЗАО не плюшками, а унитазами и сливными бачками, короче, пластиковые водопроводы, канализация и тому подобное. Крупнейшая в тех краях фирма.

– А по персоналиям что? Враги, бывшие подельники?

Майский толкнул Денису по столу лист со списком фамилий:

– Сорок семь человек. К вечеру выпишу еще сотню. Проверять будешь?

– Если выберешь наиболее перспективных.

– Из каких соображений?

– Исходя из интуиции.

В кабинет заглянул капитан Кривошеев. Сегодня он почему-то пребывал в благодушном настроении и при виде Дениса не забился в конвульсиях.

– Что, слабо вашей частной лавочке без нашей профессиональной поддержки?
– насмешливо поинтересовался он и, не дожидаясь ответа, отвернулся к Майскому: - Тебе там какой-то крендель звонит, якобы у него есть информация по твоему делу.

– Какая информация, что он сказал?
– насторожился опер.

– Сказал, что хочет встретиться с тобой лично на нейтральной территории. Еще перезвонит.

– Егор Трофимович, так я подежурю на вашем телефоне?
– Майский охапками стал сгребать папки в сейф.

Только убедившись, что Денису без отмычки не добраться ни до одного оперативного документа, капитан вышел и позволил отлучиться Майскому.

Опер вернулся через десять минут:

– Перезвонил. Сипел, как туберкулезник, по-моему, абсолютно фальшиво - небось боялся, что наш разговор фиксируется. Вообще говоря, правильно боялся.

– И где он тебя ждет?

– Ну, все названные мною места он с ходу отверг. Говорит, встречаемся в первом дворе по Новобутовской улице через пятнадцать минут. Если я опоздаю хоть на минуту, он уйдет.

– Тоже мне конспиратор хренов!

– Во-во! Подобных деятелей нужно обкладывать наружкой и брать за жабры, не отходя от кассы, в воспитательных целях. А если он действительно такой крутой и сможет оторваться - делать соответствующие выводы. Но это в теории.

– А на практике?

– Свободных людей нет, Кривошеев из-за меня устраивать аврал не захочет. Скажет, мол, сомневаешься - сиди дома, не гуляй. Слушай, а может, ты подстрахуешь?
– И, видя, что Денис сомневается, выложил козырный аргумент: - Тебя же перспективные фигуранты по делу интересуют?

– Допустим.

– Вот вернемся, допросим чеченца. Уточкин на меня этот допрос навесил. Уточкину не повезло - ему и досталось дело Лесникова по территориальности, поскольку он из Чертановской прокуратуры.

Роберт Ненашев. 27 марта

"Хилтон", украшенный флагами двадцати трех государств, напоминал рождественскую елку.

Предстоящая встреча с Наташей не сулила ему ничего хорошего, ибо на душе еще сохранился неприятный осадок от предыдущей. Роберт покосился на аккуратненькую урну у входа в отель и, с трудом поборов навязчивое желание избавиться от дискеты, шагнул в холл.

– Скажите, пожалуйста, в каком номере остановилась Наталья Волгина?
– обратился он к невыносимо любезному портье.

– Она участвует в конгрессе или в медицинском симпозиуме? Видите ли, сэр, у нас в отеле одновременно проходят две очень представительные встречи и поэтому очень много гостей.
– Портье пустился в объяснения, источая ослепительную улыбку. Судя по внешности и акценту, он был итальянцем, что извиняло его излишнюю словоохотливость и велеречивость.

– Она входит в состав делегации мэра Москвы Пирожкова, - перебил Роберт.

– Одну минутку… - Портье порылся в регистрационной книге и сообщил: - Делегация от московской мэрии занимает номера 612, 613 и 614-й.

Роберт повернулся было к лифту, но вдруг ему в голову пришла просто блестящая идея. Он вернулся к стойке:

– Простите, могу я кое-что оставить в камере хранения?

– Желаете арендовать сейф?

– Ну, пусть будет сейф, - пожал плечами Роберт.

Портье поставил на стойку плоский металлический ящик и вручил Роберту ключ:

– Номер вашего сейфа 342XS8.

Роберт запер дискету и, поблагодарив портье, взял со стойки лист бумаги и конверт со штампом гостиницы.

"В камере хранения лежит дискета, которую Вы обронили в самолете". Он написал первую фразу и задумался: как объяснить, кто он? И надо ли вообще объяснять?

Зазвонил телефон. Портье ответил с таким предупредительно любезным выражением на лице, как будто человек на другом конце провода мог оценить его по достоинству. Постепенно улыбка сползла с его лица, уступив место подозрению, возмущению, негодованию, испугу и, наконец, откровенной панике. Он с отвращением бросил трубку: