– Представляешь, тебя освободили из турецкого плена.

– Серьезно?
– Роберт воспринял это как шутку.

– По телевизору была пресс-конференция с освобожденным заложником. Турки приняли его за моего шефа и потребовали за него десять миллионов долларов. Потом, конечно, разобрались, извинились, попрощались и… чуть не зарубили топором, а потом чуть не сожгли. Проявив чудеса изобретательности и мужества, испокон веков свойственные представителям русского народа, он сбежал. А славная немецкая полиция, которой испокон веков же свойственны были мягкость и обходительность, похитителей, разумеется, не поймала.

Роберт изумленно молчал. Наташа покровительственно похлопала его по плечу:

– Обидно, да? Кто-то похитил твои лавры… - и тут же, не давая ему опомниться, продолжила: - Теперь насчет Пирожкова. Он все еще витает где-то в параллельных мирах, но мировая общественность продолжает интересоваться его персоной. Недавно в Женеве один маньяк с непомерно развитым воображением объявил, что лично зарезал моего патрона и по частям сплавил в Женевское озеро. Причем не утопил кое-как, а аккуратно расположил сто сорок четыре куска на дне, в форме пятиконечной звезды, с размахом крыльев в четыреста метров. На этот раз швейцарская полиция, которой, как и немецкой, свойственны ты помнишь что, конечно, засуетилась. Собрали армию водолазов. Прочесали всю акваторию. Выловили много ценных предметов вроде битой посуды, ржавых железок и монет различного достоинства, которые туристы швыряют в озеро пригоршнями… Только вот ни одного кусочка бедного градоначальника не нашли. Маньяка живенько упрятали в сумасшедший дом. А "Гринпис" зачислил комиссара полиции Женевы в свои почетные члены, ибо дно озера благодаря его рвению стало гораздо чище.

– Очень интересно.

– А еще я позвонила отцу, твой брат жив, с ним все в порядке, твои сыщики о тебе волнуются. На всякий случай я не стала объяснять, где мы, хотя он очень настаивал.

Оркестр заиграл фламенко, и Наташа, не давая Роберту возможности предаться размышлениям, потащила его танцевать.

Денис Грязнов. 7 апреля

Майский назначил Денису встречу в пять часов - по окончании рабочего дня - возле отделения, по-свойски влез в джип на глазах у коллег и потребовал так, что было слышно на другом конце квартала:

– Поехали пива выпьем для успокоения нервов.

Для кого предназначается весь этот спектакль, Денис спрашивать не стал: в Майском за версту можно было распознать человека, свежеполучившего полнокровный втык. Зачем лишний раз травмировать?

Когда Денис свернул за угол, Майский повторил просьбу, но скромнее:

– Ну так как насчет пивка? Угощаешь?

– Если необходимо в интересах следствия.

– Необходимо. Кривошеев задолбал! Полчаса мурыжил. Уточкин задолбал! Все меня задолбали!!!
– подтвердил Майский догадку Дениса.
– Навесили на меня половину жмуриков в Москве, а я отдувайся. Четыре штуки! Задница мне! Если хоть какого-нибудь завалященького киллера не найду…

Денис лихо подрулил к пирамиде из ящиков с пивом и купил один прямо у ребят, грузивших их в фургон. Майский смачно приложился к банке, осушил ее залпом, смял в кулаке и около ближайшего светофора на ходу забросил через окно в мусорный бак метров с десяти. Настроение у него от этого улучшилось, и, довольный, он выложил без дальнейших предисловий то, ради чего, собственно, и вызвал Дениса:

– Я выяснил наконец, зачем Лесников приезжал в Москву. Для переговоров с Паршиным, с вице-президентом "Спартака".

– А что Паршин?

– А Паршин улетел в Токио на товарищеский матч, он мне сказал, что заранее игра не планировалась, это Пирожков их в один день построил и приказал лететь в Японию. Паршин с Лесниковым должны были вести переговоры о продаже игроков, но, поскольку Паршин улетел, Лесникову пришлось несколько дней ждать.

– Что-то я не понимаю, - Денис покачал головой, - при чем здесь Пирожков? Можно подумать, он в "Спартаке" главный!

– Пирожков по всей Москве главный!
– заявил Майский назидательным тоном.
– Ну, может, за редкими исключениями.

– А ты проверял, это действительно так?

– Что проверял? Что Пирожков всем вокруг заправляет?
– удивился Майский.

– Что вопрос с товарищеским матчем решился в последнюю минуту.

– Проверял.
– Майский вздохнул: - Все подтверждают. Так что у Паршина алиби: в момент убийства в Москве отсутствовал, к тому же не по собственной воле.

Денис для приличия расспросил о подробностях беседы с Паршиным и все ждал: упомянет Майский про Штангиста или нет. Но Майский больше ничего существенного не сказал, посетовал снова на то, что расследование не продвигается, и попросил отвезти его домой. Под конец Денис слушал вполуха, пытаясь сопоставить новые факты. С одной стороны, Паршин - человек Штангиста, по крайней мере, такие сведения раздобыл Щербак. Это согласуется с тем, что Штангист мстит за убийство Лесникова: чеченца взорвал и от Майского сатисфакции требовал. Выходит, кто-то сорвал Штангисту выгодную сделку. Кто? Гагуа? Но почему у себя в мотеле? Может, кто-то хотел столкнуть Гагуа и Штангиста лбами? Но непонятно, кому это выгодно. Разве что Пирожкову, хотя мотивы все равно не ясны. Но если даже так, мог он использовать Ненашева для какой-то тайной миссии или, наоборот, убрал его, чтобы не путался под ногами?

Ни на один вопрос Денис вразумительного ответа не придумал и решил, что с Паршиным нужно обязательно встретиться лично: Майский не в курсе всех событий, поэтому на его выводы полагаться нельзя.

Буквально через четверть часа он еще больше укрепился в своем мнении. Щербак откопал новые сведения про борьбу между Ненашевым и людьми Штангиста. Прошлой осенью гаишники десять раз арестовывали ненашевские бензовозы, хотя с документами все было в полном порядке. А пока они стояли под арестом, бензин куда-то исчезал. Ненашева нагрели ни много ни мало на семьдесят тонн; подкупил гаишников, разумеется, Штангист, никто в этом не сомневался. Потом Гагуа вопросы с милицией "порешал", а в отместку управляющего крупнейшей автозаправочной станцией Штангиста на Каширском шоссе избили так, что у него насчитали сорок три перелома (тут тоже никто не сомневался, чьих это рук дело), и без объяснения причин экологический контроль закрыл четыре бензоколонки Штангиста на несколько недель.