– "Майкл Джексон", пожалуйста, - обратилась Соня к официанту, и Роберт, впервые услышавший о существовании коктейля с таким названием, взглянул на невозмутимого бармена, которого заказ не поставил в тупик. Бармен плеснул в шейкер немного кофе, амаретто и водки, тщательно перемешал и наполнил бокал мутноватой темно-коричневой жидкостью. Соня отпила глоток.
– Не хотите попробовать, - она придвинула Роберту свой бокал, - смотрите, он светлеет на глазах.
– Действительно, напиток становился прозрачным.
– Так и в жизни: человек мечется, суетится, а вокруг беспросветность и безысходность, но стоит успокоиться, принять все таким, каково оно есть, и вот он свет, вот она красота…

Нафилософствовавшись, она положила руку ему на колено:

– Вам скучно здесь? Вы правы, все это фальшь, суета, мишура, здешние игры невыносимо банальны. Но, может быть, вы будете моим партнером в другой игре… Игре, в которую в казино не играют, в нее играют только вдвоем.

– Почему я?

– А вы посмотрите вокруг, разве в этом безбрежном море похотливых уродов видится кто-то более достойный?

– Не знаю, я как-то не очень заглядываюсь на мужчин.
– Конечно, Роберт понимал, что дамочка ему просто льстит, но все равно было приятно.

– Пойдемте?
– Соня поднялась и взяла его за руку.

Роберт посмотрел на Наташу, но ей было не до него, для нее вообще перестало существовать все вокруг. "А почему бы и нет?" Роберт встал.

При обычных обстоятельствах он конечно же, сославшись на занятость или для верности на принадлежность к сексуальным меньшинствам, прервал бы флирт еще в зародыше, но, если его собственная девушка столь откровенно его игнорирует, почему бы и не полюбоваться в уединенном уголке пляжа на работу неизвестного эскулапа, который столь щедро наполнил силиконом Сонину фигурку. Заодно и Наташа получит урок хорошего тона.

Он расплатился за двоих, и они двинулись к выходу. И при каждом втором шаге Соня как бы невзначай касалась его бедра своим.

Казино "Гранд-палас". 8 апреля

– Сеньора, ваш муж просил передать вам этот коктейль, замечательно успокаивающий нервы.
– Вышколенный официант поставил рядом с Наташей запотевший бокал, но она, отмахнувшись, бросила ему "грацио" и тут же перестала обращать на него внимание. Игра завладела всем ее существом.

Колесо завертелось, красный и черный цвет слились в одно. Наташа сжимала кулачки и постукивала ими по зеленому столу. Колесо стало останавливаться, в напряженной тишине было слышно, как с размеренностью метронома пощелкивает шарик, скользя мимо номеров. Выпало 13. Несчастливое для суеверной половины человечества число для Наташи стало счастливым.

Она вскочила не в силах сдержать восторг. Она выиграла! Снова выиграла! А совсем молоденький паренек, сидевший рядом, проиграл только что еще 5000 песет. Он был в отчаянии. Во рту пересохло и, совершенно не думая о приличиях, он схватил со стола Наташин коктейль и сделал большой глоток. Ему полегчало, а она, как ему показалось, даже не заметила его выходки.

Наташа жаждала большой игры. Кучка фишек перед ней заметно выросла, но она и не думала останавливаться, ибо ею владело не корыстолюбие, задрапированное под азарт, а азарт в чистом виде. Что такое деньги? Деньги - ничто. Игра - все. Она вошла во вкус. Такой липкий холодок неизвестности внутри. Незабываемое, ни с чем не сравнимое ощущение.

Она не думала о проигрыше. Она не просчитывала вероятность того, что ей вновь повезет. Она шла в гору, увеличивая и увеличивая ставки. Рискуя все сильнее и сильнее. Теперь она поставила на одну цифру - 22 (ей двадцать два года). Паренек рядом решил рискнуть в последний раз. Он поставил на красное и закрыл лицо руками. Ему вдруг стало плохо, в животе заурчало, руки вспотели.

Он не смотрел на колесо, боясь сглазить, не обращая внимания на боль, но боль не проходила, она пошла кругами, снова и снова. Живот вздулся и словно омертвел. Что-то бешено рвалось из него наружу. Он открыл глаза - колесо все еще вертелось. Не в силах больше терпеть, он сорвался с места и побежал, пошатываясь, в сторону комнаты для мужчин.

Никто не обратил на него внимания. Шесть пар глаз гипнотизировали шарик, внушая ему каждый свое, и он, не зная, кого слушать, метался по колесу как неприкаянный.

Наташа изо всех сил всматривалась в вертящиеся цифры, 22 - 2 и 2, они то появлялись, то исчезали. Но шарик уже устал, выдохся. Вот еще круг, еще последний кружок… недолет… перелет… еще один нервический рывок, и он вернулся - 22!!!

– Вау!
– Наташа была в экстазе, а невозмутимый крупье просто и буднично придвинул к ней целую гору пластиковых жетонов. Она выиграла только что семь тысяч двести долларов.

Несчастный сосед вернулся к столу с посеревшим лицом и, обнаружив, что проиграл-таки все подчистую, в полном изнеможении плюхнулся на стул. Наташа обеими руками сгребала свою добычу. Юноша взял ее за плечо и притянул к себе.

– Ваш муж вас ненавидит… - шепнул он пересохшими губами и хотел добавить что-то еще, но вдруг почувствовал, что если откроет рот, то его стошнит прямо здесь. Он мотнул головой, указывая на недопитый бокал, но, так и не решившись высказаться более определенно, прикрывая рот рукой, спешно поковылял в туалет.