— Да, но я спас кое-что другое, как мне кажется.

— И что же?

— Твою жизнь.

Алекс задумался, но потом кивнул. Уже в следующее мгновение он снова погрузился в сон.

В первый день после операции Шаман дважды менял повязки. Каждый раз он нюхал культю и внимательно рассматривал ее, боясь снова почувствовать запах гнили или увидеть гной, потому что он не раз уже видел, как пациенты умирают от заражения крови через пару дней после операции. Но запаха не было, а кожа на культе порозовела и выглядела вполне здоровой.

Алекса почти не лихорадило, но он был очень слаб, и Шаман не был уверен, что брату хватит сил на то, чтобы восстановиться. Он пошел на кухню миссис Клэй и приготовил Алексу жидкую овсяную кашу, а в обед накормил его вареными яйцами.

Сразу после полудня снаружи начался снегопад — с неба все падали и падали огромные белые снежинки. Снег быстро укрыл всю землю. Шаман провел ревизию припасов, которые у него остались, и решил, что ему нужно еще раз съездить в лавку на случай, если дорогу занесет снегом. Дождавшись, пока Алекс проснется, объяснил ему, куда едет, и брат кивнул.

Поездка оказалась приятной — он ехал по тихой заснеженной земле. Больше всего ему была нужна птица для супа. К его разочарованию, у Барнарда не было кур на продажу, но взамен он предложил немного свежей говядины, которая сделает суп еще более питательным, и Шаман сказал, что это вполне его устроит.

— Ваш друг вас нашел? Все в порядке? — спросил лавочник, убирая с мяса жир.

— Какой друг?

— Тот служивый. Я рассказал ему, как добраться до дома миссис Клэй.

— Да? Когда это было?

— Вчера, за пару часов до закрытия. Упитанный такой мужчина, даже толстый. С черной бородой. Явно в высоком звании, — рассказывал он. — Он до вас так и не доехал? — Он пристально посмотрел на Шамана. — Надеюсь, я не навредил вам, рассказав ему, где вы остановились?

— Конечно, нет, мистер Барнард. Кем бы он ни был, он, должно быть, решил, что не стоит беспокоить нас после всего случившегося, и уехал.

Чего еще от них хочет армия? Мысли об этом военном не выходили у Шамана из головы, пока он ехал обратно.

На полпути к дому у него возникло чувство, что за ним кто-то наблюдает. Он пытался не поддаваться настойчивому желанию притормозить и оглядеться по сторонам, но через несколько минут все же натянул поводья. Делая вид, что поправляет уздечку, он посмотрел назад, пристально вглядываясь в пелену снега.

Сложно было увидеть что-то в этом снегопаде, но когда подул ветер и поднялась вьюга, Шаман сумел разглядеть, что вдали, позади него, кто-то есть.

Добравшись домой, он убедился, что с Алексом все в порядке. Он отцепил повозку и отвел лошадь в сарай. Затем пошел в дом, кинул в котелок мясо, картошку, морковь, лук и репу, залил все это водой и поставил в печь.

Тревожные мысли о загадочном военном, разыскивающем их с братом, не давали ему покоя. Шаман никак не мог решить, говорить Алексу о случившемся или нет, и в конце концов пошел к брату, сел у его постели и все ему рассказал.

— Так что можем ждать гостей в мундирах, — сказал он.

Но Алекс покачал головой:

— Будь это кто-то из военных, они бы уже стучались к нам в дверь… Думаю, кто-то узнал, что ты приехал, чтобы вызволить родственника, а значит, у тебя есть деньги. Скорее всего, он едет за ними. Оружия у тебя наверняка нет?

— Вообще-то есть, — ответил он и вынул кольт из саквояжа.

Алекс настоял, чтобы он почистил его, зарядил и проверил барабан револьвера. Положив оружие на прикроватный столик, Шаман еще больше забеспокоился.

— Почему этот человек выжидает и следит за нами?

— Он просто хочет убедиться… что мы здесь одни. Хочет узнать, когда мы ложимся спать, в каких комнатах… И все такое.

— Думаю, мы делаем из мухи слона, — медленно произнес Шаман. — Мне кажется, тот, кто разыскивает нас, — это кто-то из разведки, он просто хочет убедиться, что мы не планируем помочь сбежать другим заключенным. Надеюсь, мы никогда больше не услышим об этом человеке.

Алекс пожал плечами и кивнул. Но Шаман и сам с трудом верил в свои слова. И если уж они и так попали в передрягу, то хуже быть не может, чем оказаться запертым в этом крошечном доме вместе с больным братом, который только что перенес ампутацию.

В тот день он напоил Алекса теплым молоком, подслащенным медом. Он хотел бы кормить его чем-то более сытным, например, наваристой кашей, чтобы на его выпирающих ребрах наросло хоть немного мяса, но как доктор понимал, что для такой пищи еще не пришло время. Ближе к полудню Алекс снова уснул. Проснувшись через пару часов, он позвал брата поговорить.