— Отнимите у этого рифмоплета телефон! — раздался на фоне шума проезжающей машины крик Кулио. — А то еще немного лирики, и я не смогу от всей души надавать по мордасам нашему умнику-щелкопёру при личной встрече. Тю! Дай сюда трубу.

— Кулио…

— Так, не перебивай старших. Нам тут Лажатэль прогулку по вашей нерезиновой обещает… Тебе шаурму купить по дороге?

— Да, конечно! Хотя лучше — курочку-гриль… В любом случае, Кулио, спасибо тебе.

Кулио помолчал. Потом на тон ниже добавил:

— Тебе спасибо. Но на будущее, Стёпа, имей в виду следующее. Если соберешься выпендриться — заявку мне в письменной форме, за сутки до. Вдуплил?

— Вдуплил.

— Переживать за каждого героя — вовек не оберешься геморроя, — задумчиво изрек на заднем плане Самурай.

— Мы пошли глазеть на местные достопримечательности и лопать бургеры. Скоро будем. Конец связи, — отрезал Кулио.

В трубке щелкнуло. Эфир заполнил шорох помех, на фоне которого загундосили неразборчивые голоса.

— Что это за болтовня? — удивленно спросил Степан, возвращая Обломисте смартфон.

Барышня послушала пару секунд и беспечно махнула рукой:

— Ерунда. Бесы-связисты шалят.

Степан понимающе кивнул, передернул плечами и заставил себя отвести взгляд от дьявольски аппетитных ножек Обломисты.

Пока Братья гуляли по Первопрестольной, Степан спустился в комнату релаксации. Взял стакан с минералкой, устроился в мягком кресле и прислушался к негромкой музыке. Играло что-то минорное, из классики.

Он не заметил, как задремал — ночные события окончательно вымотали журналиста. Затылок коснулся удобной спинки кресла, веки опустились, и перед взором журналиста понесся калейдоскоп обрывочных грез…

Проснулся Степан от звонкого шлепка по уху.

— А? — не разобрал он спросонья. — Маман, я еще посплю…

— Войну не проспи, сына, — ухмыльнулся Кулио. — Держи презент от среднеазиатских кулинаров.

Он сунул под нос журналисту надкусанную шаурму.

— Вы вернулись! — воскликнул Степан, в порыве радости обнимая шефа и улыбаясь Самураю. — Наконец-то!

— Э, — отстранился Кулио, — обжиматься, конечно, разрешено, но без фанатизма. В экстренных случаях — к Эльфу. Он тебя при любом раскладе потискает.

— Извини… — смутился Степан.

— Нормуль, — сказал Кулио. Обвел взглядом комнату релаксации, высунулся в офисное помещение. — Это и есть, что ли, тот свет? Хиловато, прямо скажем… Дизайн интерьера порядком устарел, такие цвета уже давно не в моде. Я вам правильный понтонный веер как-нибудь подарю.

— Зачем дарить, если можно продать, — вставил Бюргер.

Рядовые сотрудники с интересом наблюдали за Братьями, выглядывая из своих пластиково-стеклянных ячеек.

— Потаращились и хватит, — Кулио трижды хлопнул в ладоши, давая понять, что переменка завершена. — Марш баланс светотени блюсти! Ну, где там наша старуха с косой?

Степан открыл было рот, но рядом мгновенно возник Артур и ткнул его в бок локтем. Шикнул:

— Не погань сюрприз, зануда!

— Пойдемте в кабинет, — сверкнула зелеными глазами Обломиста.

— Сама бы могла встретить дорогих гостей, — проворчал Фантик. Он то и дело задирал мантию и нервно ощупывал складки жира на боках.

«Очевидно, — подумал Степан, — этот пройдоха Артур наколол и нашего короля».

— Так, только давайте сразу договоримся, — предупредил Кулио, заходя в лифт. — Спасаем мир, оперативно расплачиваемся, и чтобы никаких фокусов.

— Бартер. Ценная. Пространственно-временная. Структура, — согласился Киборг.

Степан обратил внимание, как Маг Шу сдвинул плечи и молча сунул руки в карманы. Шу вел себя непривычно тихо. Со штатным выпивохой Братства что-то явно было не так… Только — что?

— А как вы умерли? — полюбопытствовал Степан. — Ведь всё Братство, как бы помягче выразиться…

— Сдохло, — помог Бюргер.

— У них тут целая система, — объяснил Кулио, задумчиво разглядывая неприкуренную сигару. — Крышуют одну больничку, где сплошь и рядом палаты с усыпляющим газом и удобными кушетками для инъекций. Сервис на уровне. Умираешь там — оказываешься здесь. Эвтаназия называется.

— Надеюсь, мое тело уже обхаживают медсестры, — мечтательно проговорил Маньякюр. — Они там ничего, симпатичные.