Шрифт:
Икэда вежливо улыбнулся.
— Госпожа Ирина, мне так неловко вас стеснять. Но это необходимость. Я еду в аэропорт, моя почетная обязанность — встретить вице-президента головного офиса.
— Да-да, я поняла.
— Да еще и самолет ночной, — продолжал оправдываться японец. — Без мобильника я, как без рук.
— Нет проблем, — сказала Ирина, стараясь прервать этот ненужный поток извинений и оправданий.
— Это была непростительная оплошность — забыть зарядное устройство для автомобиля, — продолжал расшаркиваться Икэда. — Я никогда не допускал такого. Прямо не знаю, как это вышло.
Ирину снова стало мутить.
— Простите, — пробормотала она, — я пойду лягу. А вы тут… — Она махнула рукой в сторону кухни. — Чайник включите… Чай можете заварить, какой желаете. Есть зеленый, черный… А в холодильнике — немного вермута и вина.
«Господи, как жаль, что Сашки нет дома, — подумала она. — Вот так всегда: когда он нужен, его нет. Ну, что за народ эти мужики! Никогда на них нельзя положиться».
Икэда между тем продолжал что-то бормотать, хотя Ирина слушала его вполуха.
— Благодарю вас, госпожа Ирина. Но я продолжаю беспокоиться за вас. Когда придет ваш муж? Он так много работает… Все русские строительные фирмы так работают?
— Строительные? — Ирина удивленно вскинула бровь, но тут же опомнилась. — Ах да. Все. Бизнес.
— Да-да, бизнес, — послушно повторил Икэда. — Для семьи это всегда плохо. Это отвлекает.
Ирина больше не могла терпеть его трескотню.
— Знаете что, — тихо сказала она. — Я пойду, а вы располагайтесь… Зарядите телефон, попейте чаю. А когда будете уходить, просто захлопните дверь. Договорились?
— Договорились, — кивнул Икэда. «Ну, слава Богу», — подумала Ирина.
Она повернулась и медленно пошла по коридору в сторону спальни, держась одной рукой за стену, чтобы не потерять равновесие и не упасть.
Дождавшись, пока Ирина скроется в спальне, Томоаки Икэда вздохнул и зашагал на кухню. Вид у него был не то чтобы расстроенный, но задумчивый.
На кухне Икэда первым делом огляделся. Кухня была неплохая — просторная, по-европейски укомплектованная всем, что может пригодиться — от микроволновки до посудомоечной машины.
Осмотревшись, Томоаки Икэда положил телефон с зарядным устройством на стол, но в сеть его включать не спешил. Вместо этого Икэда включил электрочайник.
Пока закипала вода, Икэда приступил к делу. Для начала он открыл дверцы шкафчика и осмотрел полки, уставленные баночками с пряностями и крупами. Прикинув что-то в уме, Икэда извлек из кармана пальто полиэтиленовый пакетик с небольшим предметом, после чего снова пробежал взглядом по баночкам.
Вынув из другого кармана носовой платок, господин Икэда обернул им руку и дотянулся до зеленой жестяной банки, стоявшей на самой верхней полке. Достав банку, Икэда поставил ее на стол и открыл. Банка была доверху заполнена кукурузными хлопьями.
Оглянувшись на дверь, Икэда быстро достал из-за пазухи второй мобильный телефон. Он клацнул пальцем по клавише, поднес телефон к уху и негромко заговорил по-английски.
— Здравствуйте, — сказал он сухим, деловым голосом. — Вас беспокоит мистер Оуэн. Да-да, мистер Оуэн. Передайте, пожалуйста, мистеру Джонсону, что я нашел отличную праздничную упаковку для подарка…
Икэда обернулся на дверь. Удостоверившись, что в дверях никто не стоит, он, по-прежнему держа телефон возле уха, закрыл жестяную банку и поставил ее обратно на полку. Затем спрятал носовой платок в карман и сказал:
— Да, она очень прочная. И недорогая. Подарок будет доставлен в лучшем виде. Позже я сообщу, где можно найти такую упаковку. Письменно… Всего доброго!
На столе щелкнул кнопкой закипевший чайник.
6
В Подмосковном лесу было темно, холодно и промозгло. Со стороны ближайшей деревни ветер доносил неистовый лай собак. И шагая по хрупкому насту, под сенью голых, сучковатых деревьев, сквозь ветви которых проглядывало синее, со свинцовыми подтеками небо, совсем не верилось, что всего в двадцати километрах от этого проклятого Богом места есть огромный многомиллионный город.
Шагающий по лесу человек тащил за собой по насту огромный куль, похожий на свернутый в рулон ковер. Судя по тому, с какой легкостью человек тащил этот громоздкий груз, он был очень силен.
Зайдя в лес почти на полкилометра, человек остановился и около минуты стоял, тяжело и хрипло дыша. Восстановив дыхание, он достал из похожего на свернутый в рулон ковер куля бутылку, вскрыл ее и вылил содержимое бутылки на куль. В воздухе запахло бензином.
Из куля вывалилась голая, испачканная кровью рука с судорожно сжатыми пальцами. Мужчина хотел пнуть по ней ногой, но сдержался. Зачем пинать руку мертвеца? Ведь она уже не сможет причинить зла. Если сгорит. И он аккуратно убрал руку под облитый бензином ковер.