— Давайте начистоту — сказал он — есть какая-то проблема и я это чувствую. Нечто такое, что никто не хочет оглашать, потому что не хочет выворачивать корзину с грязным бельем. Возможно, на вашем месте я поступил бы так же, но сейчас совершенно особенная ситуация. Я не знаю об этих парнях практически ничего, но я должен отправить их на специальное задание и курировать их группу. Причем — и я сам окажусь в не слишком дружественной стране, где никто не прикроет мою задницу — скорее не упустит момента выстрелить в нее. В такой ситуации — я не могу позволить себе роскошь не знания. Итак, какая проблема у нас есть?

Контрразведчик вздохнул.

— Проблема в том, что доктор Линдсей трахается с одним из русских, вот в чем проблема. Так что кто кого исследует и какими методами — это большой вопрос. На вашем месте — я бы был поосторожнее. За все время, пока я работаю с этими парнями, я понял одно: они совсем не такие как мы. И с ними надо быть всегда настороже.

Корти криво усмехнулся.

— Благодарю за совет. Если не секрет — с кем же?

— С бравым русским десантником.

Корти хмыкнул.

— Так и подумал. Альфа-самец.

— Вот именно.

Контрразведчик — повернулся, посмотрел бывшему послу прямо в глаза.

— Не доверяйте им, сэр.

— Есть конкретные основания для недоверия?

— Нет, сэр. Просто не доверяйте. Держите порох сухим.

Корти кивнул в знак благодарности.

— Они опаздывают на полчаса… — Корти щелкнул пальцем по стеклу подаренных отцом часов — что-то произошло.

— Сэр, не стоит пока беспокоиться — ответил командир группы безопасности, не спускающий ствола своего автомата с открытого люка Лира — здесь совершенно другое представление о времени. Это Восток. К тому же здесь черт знает, что творится и на дорогах и в городе. Беспокоиться стоит, если они не подъедут до наступления темноты, тогда и в самом деле что-то случилось.

— Служили здесь?

— Да, сэр. В охране посольства, потом перешел повыше. Так то я из морской пехоты.

— Чем больше со мной морских пехотинцев, тем лучше… — процитировал Корти одного из генералов второй мировой.

— Верно, сэр. Постараюсь не подвести…

В самолет — сунулся агент безопасности.

— Сэр, они едут…

Приближавшийся к самолету кортеж состоял из двух автомашин Лэндровер, возможно что и бронированных и небольшого грузовика, в котором было несколько вооруженных автоматами людей в форме. На головной машине, как и было оговорено — был небольшой белый флажок…

Машины остановились в паре десятков метров от самолета, солдаты из грузовика соскочили на землю и обеспечили периметр. Агенты забеспокоились и тоже выставили винтовки.

Из двух Лэндроверов начали выгружаться женщины и дети. Их было много…

— Так… кто из вас Рушани? Где Рушани? — спросил Корти, подойдя ближе к подъехавшим машинам.

— Я, Рушани, мистер… — ответил один из солдат с автоматами — я полковник Рушани.

Корти вспомнил фотографию. В общих чертах сходится, к тому же знает английский, говорит на нем с акцентом — но акцентом американским. Английский язык здесь знали все представители высшего общества, это было своеобразным паролем, по которому они опознавали друг друга. Но американский английский здесь знали лишь немногие офицеры, которым посчастливилось учиться не в Сандхерсте — а в Вест-Пойнте, значительно более элитном месте. Элитном — потому что в Вест-Пойнте учился генерал Мухаммед Зия уль-Хак [113] и тот, кто мог похвастаться дипломом об окончании Вест-Пойнта — шел по карьерной лестнице значительно быстрее других.

— Почему вы не в своей форме.

— Сейчас это не лучший способ умереть.

Корти кивнул на женщин и детей.

— Мы договаривались только о вашей семье, полковник.

— Это и есть моя семья, мистер. Они все — моя семья…

Черт бы все побрал… Как во Вьетнаме…

Суть сделки была простой. У американского Министерства обороны — здесь были независимые от ЦРУ возможности, они базировались на окончивших Вест-Пойнт офицерах и тех, кто по разным программам обмена выезжал в США. А таких было немало — Пакистан был давним и верным союзником США в регионе и обмен был интенсивным.

Сделка: в обмен на поддержку американской группы — гражданство США для всей семьи. Немедленно, без каких-либо сроков и проблем с Департаментом Иммиграции и Натурализации. Учитывая то, что творилось в стране — плата более чем щедрая…

Корти и полковник посмотрели в глаза друг другу — и американец заметил в глазах полковника вызов и затаенный страх…

— Я спрошу у пилотов, полковник. Возможно, их всех удастся разместить. Но, в таком случае — никаких личных вещей. Самолет и так пойдет с перегрузом…