– А что мне, по-твоему, остается делать? Я люблю играть. Я ради этого живу. И не пытайся ее найти, это бесполезно. Не пытайся вообще ничего делать, все равно это тебе ничего не даст.

– Мне нужна Лена.

– Ровно через два дня получишь свою возлюбленную в целости и сохранности. Даю слово чести.

– О какой чести ты говоришь, мудило? – выдал Денис, выхвативший телефон из гордеевской руки. – Отдай Ленку – и дело с концом. А тебя я в любом случае из-под земли достану.

– Да ну? – удивился Федотов, не скрывая насмешливого тона. – Прямо из-под земли? Ну попробуй, если ты такой прыткий.

И телефон рассмеялся короткими гудками отбоя.

– Падла! – Гордеев несколько раз долбанул кулаком в металлическую стену.

Когда пелена гнева все же упала с его глаз, он нашел в себе силы оглянуться. Вокруг никого. Денис куда-то исчез, не предупредив. Где-то наверху один за другим защелкали замки закрывающихся дверей. Он стал подниматься по ступенькам, еще не зная о том, что предпримет в следующую минуту. В спертом воздухе носились пары нитроэмали, от которых слегка кружилась голова. Он похлопал себя по карманам в поисках мобильника. Но в карманах было так же пусто, как и вокруг, – телефон остался у Дениса.

Гордеев выбрался во двор.

Ему навстречу почти бежал Денис, в левой руке он нес свой чемоданчик с прибамбасами – джентльменский набор частного детектива.

– Юрец, я же тебе сказал – никуда от двери не отходить!

– Прости, я не слышал.

Денис и Гордеев вошли в подъезд, снова оказавшись у железной двери. Они старались не шуметь, чтобы не тревожить и без того не в меру бдительных жильцов, поэтому говорили шепотом.

Денис вручил Гордееву фонарь:

– Свети сюда.

– А что ты собираешься делать?

Денис положил чемодан на бетонный пол и, щелкнув хромированными замками, поднял крышку. Из обширного арсенала совершенно никогда не виданных Гордеевым деталей, в которых причудливым образом соединялись редкие металлические сплавы, пластик и керамика, Денис выбрал обыкновенный тюбик, похожий на тот, в котором содержится клей «Момент».

– Знаешь, что это?

– Нет.

– УПГ-8.

– То есть?

– Ускоритель плазмы Грязнова, восьмая модель.

– Не понял.

– Научную фантастику любишь?

– Не очень, – скривился Гордеев.

– Зря. Если бы любил, не задавал бы дурацких вопросов.

– А почему Грязнова? Ты автор? Типа гиперболоида инженера Гарина?

– Смотри, угадал.

Денис отвинтил крышку и стал выдавливать из тюбика вязкую жидкость красного цвета, как какой-то уличный художник, выводя на двери правильный прямоугольник размером в человеческий рост. Затем достал из чемодана несколько присосок и прикрепил их в каждом из четырех углов нарисованного прямоугольника.

– Зачем это? – спросил Гордеев.

– Детонаторы.

– Детонаторы? Ты собираешься взорвать дверь?

– Не совсем.

Внезапно двери подъезда распахнулись, в лица Гордеева и Грязнова ударил яркий дневной свет, в котором замелькало несколько суетливых теней.

– Лечь на пол! Руки за голову! – послышался чей-то командный голос.

Гордеев, сощурившись от яркого света, наконец увидел, что ему в лицо уставилось дуло так называемой «десантной» версии АКМ в руках с ног до головы облаченного в полевой камуфляж молодого оперативника. Его лицо показалось адвокату необычайно свирепым, точь-в-точь как из дешевых кинобоевиков.

– Я, кажется, русским языком сказал: на пол! – с заметно большей настойчивостью провизжал ведущий операции.

– Не ори, Леопард, – спокойно отозвался Денис. – Своих не узнаешь? Ослеп, что ли?

– Ах, вон это кто! Здорово. Что тут происходит?

– Угадай с трех раз, – предложил Грязнов.

– Нам сообщили, что здесь закладывается бомба. Видимо, жильцы решили, что лучше перебдеть, чем недобдеть.

– Это вас ввели в заблуждение. Вообще-то это я позвонил дядьке, чтобы прислали бригаду из ребят попроворнее. А он, видно, решил вас снабдить более конкретной информацией, чтобы создать иллюзию боевого духа. Ну, чтоб не расслаблялись.

– Понятно, – сухими губами улыбнулся Леопард. – Так, а что на самом деле стряслось? Мы что, входим в твое подчинение?

– Никак нет. Скорее, мы – в ваше.

Денис тем временем прикрепил к присоскам по зажиму-"крокодилу", от которых к чемодану змеились четыре блестящих шнура. Склонился над чемоданом, открыл одно из его отделений, где оказался прибор, напоминающий портативный компьютер – дисплей с клавиатурой, – и нажал подряд несколько кнопок. На дисплее вспыхнули наборы цифр. В чемодане что-то зажужжало.