– Ну и?…

– Все на месте. Тут я решил пока шухер не поднимать.

– Почему?

– Простой видеоворишка сюда не попадет, вот я и подумал: может, какие-нибудь конкуренты пошли на самое пошлое воровство. Дальше я решил, что ночью вынести отсюда кассеты не позволила бы охрана, я имею в виду всю кучу. А по частям – это ж сколько мороки! Я предположил, что все кассеты тут, в здании. Возможно, те, кто украл, потихоньку их тут просматривают, чтобы выбрать нужные.

– Разумно, – похвалила Ангелина.

– В общем, я пробежался по некоторым помещениям.

– Смысл?

– Нарваться на наши кассеты. В несколько комнат меня не пустили после того, как я представлялся. Я записал в какие.

Неплохой парень, не без ума, мог бы стать помощником, но все это уже не вовремя, подумала между делом Ангелина.

– Спасибо, Сережа, ты сделал все правильно. Теперь я займусь нашей проблемой. И вот что, часа через три, если от меня не поступит другого распоряжения, пригласи милицию. Попроси, чтобы приехали из Московского уголовного розыска, скажи, что пропали очень важные материалы.

– Хорошо, – кивнул парень.

Ангелина отпустила дизайнера, чтобы продолжить торопливые, но аккуратные сборы.

В это время зазвонил телефон. Немного поколебавшись, она подняла трубку:

– Слушаю.

– Где кассета? – спросил напористый молодой голос.

– Какая?

– Мы знаем, что ты дура, но не настолько же!

– «Мы»? И кто такие «мы»?

Ангелине стало страшно, но она старалась говорить не только спокойно, но и с издевкой.

– Не твое дело! Много будешь знать – не доживешь до старости! Так где кассета? – повторили вопрос.

– Что, все краденое уже проверили?

– Ну почти, – подтвердил говорящий.

– Поторопитесь. Скоро по вашим следам помчится МУР! – крикнула Ангелина, бросила трубку и торопливо сунула в портфель оставшиеся документы. Надо было срочно ехать домой, за вещами, но чтобы туда добраться, надо было найти другую машину.

Антон Скользкий и сам уже почти забыл, что настоящая его фамилия Слизовский. А тем более этого не обязаны были знать ни враги Антона, ни друзья, которые всегда могут стать врагами. Такова уж специфика бизнеса, в мутных волнах которого пока еще с удачей для себя купался бандит Скользкий.

Его прошлое уложилось в три долгосрочных отсидки, не считая, естественно, детства и ранней юности. Из тюремных университетов он вышел, так сказать, с дипломом о высшем образовании, то есть имея звание вора в законе. Как и всякому человеку, ему было что скрывать, но от обычного обывателя с его достаточно мелкими грешками Скользкий отличался масштабностью проступков как по линии закона власти, так и по закону воров.

Рискуя жизнью, недосыпая ночей, он все же сумел убрать немногочисленных свидетелей своего воровского позора, но были еще живы несколько человек, которые, не будучи свидетелями, знали про него все. Более того, имели доказательства. И что хуже всего, это были служители закона. Одно знакомство с ними бросало несмываемое пятно на репутацию настоящего вора. Понятное дело, ментам гораздо полезнее было держать Скользкого на крючке, чем просто сдать его ворам же. И держали они его крепко. Конечно, грешить на них бандиту не стоило – напрягали не на всю катушку. Да и куда им было деваться. Им тоже приходилось договариваться как с ворами, так и со своими генералами, чтобы хоть какой-нибудь процент раскрываемости командованию предъявить. Однако в любом случае эта зависимость бандита раздражала. Поэтому, когда на пейджер пришло сообщение от марухи – "Позвони по номеру 369-98-42, – печень у Скользкого стала побаливать. По этому телефону находился вездесущий, но справедливый полковник Грязнов. Скользкий со товарищи было свободно вздохнули, когда рыжий ушел в частный сыск. Но вскоре Грязнов вернулся в МУР, и Скользкий вновь жил в вечном напряжении.

Бандит, получив информацию, покинул свой кабинет в офисе автосервиса и, сев в «мерседес», созвонился с марухой. Из офиса не звонил, боясь прослушивания.

– Алло? Госпожа Трояновская?

– Да-да, – промурлыкала маруха.

– Это ваш партнер из Лыткарина, Громов, беспокоит. Есть сообщения по поставкам? – изменив голос, спросил Скользкий.

– Да-да! Звонил Рыжов. У него договора на следующий месяц, – подтвердила женщина.

– Хорошо. Щас буду.

«Опять будет сдаивать, как корову», – мрачно думал Скользкий, направляясь к месту встречи.

Действительность, как он позже узнал, оказалась хуже любых предположений.

В условленном месте он притормозил, и через минуту на сиденье рядом плюхнулся полковник Грязнов в неизменном кожаном пальто.

– Привет, автосервис!

– Здоров, – буркнул Скользкий.

– Отчего такой мрачный?

– Когда контора веселится, нам чего радоваться?

– Я, по-твоему, радуюсь? – удивился муровец.

– Ну щеришься…

– Американцы рекомендуют, – улыбнулся Грязнов.

– Куда подвезти? – спросил Скользкий.

– На работу, – ответил полковник и хохотнул.

Скользкий взглянул искоса.

– Во! А базаришь, что невеселый.

– Есть проблема, Антон…

– Дельце, что ли, зависло какое?

– У меня что-нибудь зависало?

– Ну я, положим, не помню. Значит, за кого-то просить пришел.

– Угадал. Есть молодой опер, попал в неприятность.

– Плохо учился?

Скользкий был раздражен, поэтому стремился хотя бы постоянным переспрашиванием досадить приставучему полковнику.