Головой, понимая, для чего все это было сделано, Саша все же не мог заставить себя признать свою ошибку.

– Я всегда прав. Я знаю, что делаю, - эти слова Артемьев повторял себе с того дня, как вернулся в город на свою квартиру. Серая, холодная, словно необжитая - она встретила его своей тишиной. Пройдясь по комнатам, Саша вошел в кухню и присел на стул. Сложив руки на столе, он обвел место принятия пищи хмурым взглядом и понял, что все здесь чужое, не его.

Передернув плечами, он зло ударил кулаком по столу и процедил сквозь зубы:

– Бл*дь, осталось только расплакаться от жалости к самому себе.

А сейчас сидя в офисе, Саша понял, что он совершенно не хочет ехать в то место, которое называется его домом.

Единственное его желание сейчас заключалось в том, чтобы увидеть Алексея, который назвал его папой, который нуждался в нем, скучал и переживал.

Бросив взгляд на часы и, отметив про себя, что подруга Тани скоро пойдет с Алексеем домой, Саша поднялся из кресла.

– А почему я должен себе в чем-то отказывать?

Заперев кабинет и спустившись на первый этаж, Артемьев сдал ключи охране и попрощавшись, сел в машину.

Дорога до детского садика не заняла много времени. Остановившись недалеко от детской площадки, он еще минут пять смотрел на Лешку, который катался на качелях. Когда к нему подошла Алла, мальчик нахмурился и соскочил на землю.

Не теряя больше времени, Саша вылез из салона.

Видя, как к нему со всех ног несется маленький смерч, Артемьев остановился. Сердце пропустило удар от искренней улыбки и счастья в глазах мальчика.

Подхватив Лешку на руки и крепко прижав к себе, Саша облегченно выдохнул.

Вот одно из того, чего ему не хватало последние двое суток. Что не давало нормально заснуть. Вызывало зуд в ладонях. Желание сорваться с места и поехать колесить по городу.

– Приехал, - на выдохе проговорил мальчик и сильнее прижался к "папе".

Алла наблюдала за всем этим со стороны и понимала, что обратного пути у подруги уже нет. Первое - Алексей, признал в Артемьеве отца. Второе - Таня носит под сердцем его ребенка.

Чтобы не мешать встрече Саши и Леши, Алла присела на скамейку.

– Ты помирился с мамой?

– Нет, - ответил Саша, спуская мальчика с рук.

– А когда?

– Леш у меня сейчас дел очень много, так что я приеду попозже, - попытался отговориться он.

– Когда?

– Леш не начинай, очень тебя прошу. У меня нет ответов на все твои вопросы.

– Маме плохо, - смотря себе под ноги, проговорил Алексей.

– Мне тоже не очень хорошо, - недовольно бросил Саша.
– Она плачет?

Алексей задумался, стоит ли ему говорить о том, что мама не плачет, но ночью сидит на кухне возле окошка. Об этом он узнал случайно, когда проснулся среди ночи и пошел в туалет. Мама его даже не заметила, продолжая сверлить взглядом темный двор.

– Нет.

– А тогда с чего ты решил, что ей плохо?
– нахмурился Саша.

– Она грустная.

– Так может ей погода не нравится, - пробурчал Артемьев. Он был уверен, что все женщины плачут, если переживают. Таня не плакала, с чего Саша сделал вывод, что девушку не особо заботит размолвка, произошедшая между ними. Это немного задело.

Лешка вскинул голову и посмотрел прямо в глаза "папе".

– Значит, тебе тоже не нравится погода?

– С чего ты взял?

– Потому что ты тоже грустный.

Усмехнувшись железной логике Лешки, Саша рассмеялся.

– Я просто устал, - сказал он, присаживаясь на корточки.
– Дел на работе много накопилось, вот и разгребаю сейчас.

Алексей, как-то моментально погрустнел и отступил на пару шагов назад. Не смотря на "папу", он спросил:

– Мы тебе сейчас мешаем, да?

Артемьев дернулся, как от удара и, схватив ребенка за руку, притянул к себе. Стоя на коленях, так что их лица находились на одном уровне, Саша обхватил щечки Лешки ладонями и заставил его посмотреть себе в глаза.