Перова покосилась на вальяжно раскинувшегося в кресле Померанцева, что следовало понимать однозначно: почему, мол, я, а не Валерий?.. Но спорить, конечно, не стала, нехотя кивнув головой. Задание только на первый взгляд казалось простым, на деле же не то чтобы сложным, но, совершенно точно, занудным. Неизвестно, сколько пыльных архивных бумаг придется просеять, прежде чем получишь результат.

— Что ж, в таком случае приступай, — улыбнулся Сан Борисыч, сделавший вид, что смысла обмена взглядами между своими следователями решительно не понимает.

Дождавшись, когда за Перовой закроется дверь, Слава Грязнов тоже улыбнулся.

— Кажется, Светочка не слишком обрадовалась, — озвучил он очевидное для всех.

— Ну, такого рода работу мало, кто любит, — возразил Турецкий. — Но Перова, как все женщины, большая аккуратистка, можно не сомневаться, что все сделает тщательно, ничего не упустит… В отличие от нашего Валерия!

— Да ладно вам, Александр Борисович, — немедленно обиделся Померанцев. — Доброго слова от вас не дождешься, а обхаять ни за что ни про что — всегда пожалуйста!..

— Ты что, хочешь поехать туда вместо Светланы? — делано удивился Турецкий.

— Боже упаси! — поспешно ответил Валерий, заставив всех остальных рассмеяться. — Ничего смешного, и дело не в этом… Просто доброе слово и кошке приятно!..

— Ладно, уговорил! — уже откровенно расхохотался Сан Борисыч. — Ты, Померанцев, действительно молодец, информация, которую раздобыл, да еще в столь сжатые сроки, может оказаться поистине бесценной! Так что вполне сможешь претендовать на звание лучшего сыщика всех времен и народов!..

Разрядив таким образом своих коллег, Турецкий дождался, пока все они перестанут веселиться, и вновь посерьезнел.

— Ну ладно, господа-товарищи, давайте-ка вернемся к нашим баранам. Что, Слава?

— В общем-то, ничего особенного, — ответил Грязнов-старший, — можно сказать, у меня общего характера информация, но знать ее полезно всем… Во-первых, хочу напомнить, что данный момент, если уж мы действительно считаем версию с таможней одной из наших, весьма благоприятный для расследования.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Турецкий.

— Ящик иногда надо смотреть! — веско произнес Вячеслав Иванович. — Я вот вчера посмотрел, благодаря чему и могу вас сегодня порадовать: Президент лично распорядился разобраться с таможенниками по полной программе… Я тут с нашими ребятами поразговаривал… Сейчас! — Грязнов полистал свой пухлый, весьма потрепанного вида блокнот, без которого Турецкий уже давно не мог представить своего друга. — Вот, слушайте: мы уже как-то говорили, что теневые доходы этой замечательной системы вполне сравнимы с доходами наркобизнеса. А теперь — внимание, цифры! По оценкам наших экспертов, с двоими я консультировался лично, наркота дает своим баронам (это уже оценка экспертов ООН) от силы десять миллиардов прибыли в год… А теневой доход таможенников у нас в России, только не падайте, до двадцати миллиардов… Разумеется, долларов!..

Вячеслав Иванович обвел глазами притихших коллег и удовлетворенно продолжил:

— Теперь понимаете, куда именно нас занесло с твоей, Саша, версией?.. Если, конечно, занесло и если это и впрямь версия…

— Прямо-таки государство в государстве, — задумчиво произнес Померанцев. — Я имею в виду по доходам… Во всяком случае, понятно, почему дела против Кругликова лопались, как ореховая скорлупка… Представляете, сколько этот тип знает по части их бизнеса?.. И какие головы полетят, ежели ему вздумается открыть ротик?..

— Насчет «государства в государстве»… — вновь заговорил Вячеслав Иванович. — Дело не только в доходах. Как сказал мне один из наших экспертов, весьма осведомленный мужичок, по некоторым признакам, таможенная структура, теневая, конечно, во всяком случае до ее передачи в другое ведомство, была чуть ли не копией властной российской вертикали в миниатюре…

— Что ты имеешь в виду? — снова поинтересовался Александр Борисович.

— Прежде всего то, что таможенный рынок давно разбит на подконтрольные сектора — этакая финансовая река, на берегу которой раскинулась почти вся властная вертикаль от некоторых наших звездных чинов до чекистов и людей из Президентской администрации…

— Н-да… — вздохнул Турецкий. — Теперь, по крайней мере, ясны два момента…

— Какие? — полюбопытствовал Померанцев.

— Во-первых, понятно, почему Генпрокуратура с таможенными делами почти не сталкивается, лично у меня в практике вспоминается одно — от силы два, и то касавшиеся исключительно терминалов, не выше… До нас их просто не допускают, прикрывают на низовых структурах… Во-вторых, ясно, почему ФСБ вцепилась в дело Марусина и Арциховского — читай Кругликова — мертвой хваткой… Думаю, и мне, и Меркулову даже при наилучшем раскладе еще придется попотеть, прежде чем Анисимов начнет с нами сотрудничать официально: мужики тамошние охотятся не только за замминистра, охотятся они еще и явно на кого-то из своих… А как эти ребятки охотно признают, что и у чекистов не всегда «руки чисты», напоминать, думаю, ник ому не надо, все это и так знают…