Половина двенадцатого. «Ауди» с Ясоном за рулем свернула на парковочную площадку аэропорта. Лет тридцати пяти сотрудник военизированной охраны предупредил водителя и пассажира, заглянув в салон через опущенное стекло:

– В машине оставаться запрещено. Закройте машину. Ключи передайте мне.

– Ладно, – кивнул Мамисашвили.

Они покинули парковку и заняли места за высоким столиком кафе. Было достаточно холодно, и Ясон, заказав горячего чая, согревал о него руки. Он часто повторял:

– Ты чокнутый. Ты ненормальный. Зачем тебе бинокль? Чтобы получше разглядеть полицейского, который пустит тебе пулю в лоб? Здесь только два человека не из полиции – ты и я.

Аэродром «Северный» Марк изучил, как свою квартиру. Восемь лет назад он, стоя в центре бокового зала, отдавал команды своим бойцам: «Диспетчерский пункт. Погранконтроль. Пожарная часть. Караульное помещение. Технический этаж». И они разбирали свои объекты, чтобы через считанные секунды взять их под полный контроль. Он не забыл, как появился в диспетчерской, чтобы лично руководить работой операторов. Ему пришлось перешагнуть через трупы вооруженных охранников.

Тогда Марковцев был вооружен до зубов, сейчас при нем только пистолет. Его любимый «вальтер» с новехоньким глушителем: только одна пуля вылетела из него, пробив мягкие прокладки, во время испытания.

– Сколько на твоих часах? – спросил Сергей.

Мамисашвили вздернул рукав куртки:

– Час дня уже. Время летит – не заметишь, – проворчал он.

– Час дня, – повторил Марковцев. – До вылета наших друзей остался час с четвертью.

Он определил несколько снайперских точек. Военные или полицейские снайперы привлекаются к работе лишь в крайних случаях, и сегодня выдался как раз такой день: из аэропорта «Северный» рейсом «Тбилиси – Вашингтон» вылетает «Боинг-747». На его борту, кроме гражданских пассажиров, несколько агентов ФБР и ЦРУ.

Находясь за пределами летного поля, Марк, вооружившись биноклем, довольно отчетливо разглядел несколько стрелков. В их задачу не входила маскировка. Наоборот, они были на виду, как богатыри в дозоре. Все под контролем. Аэродром на замке.

– Ты чаще всего смотрел на «вышку», – заметил Ясон.

– Точно, – подтвердил Марковцев. – Лучшая снайперская точка находится именно там, на крыше контрольно-диспетчерского пункта. Все, Ясон, забирай машину со стоянки. Езжай по шоссе метров пятьсот и сворачивай на обочину. Выставляй аварийный знак, поднимай капот. Если меня не будет до половины третьего – уезжай.

– А если рейс отложат? – спросил Мамисашвили.

Сергей протянул ему руку и крепко пожал:

– На это я и надеюсь.

Он проводил взглядом Ясона и, когда тот вывел машину за пределы парковки, направился к аэровокзалу. Мысленно он повторял: «Лучшая снайперская точка на «вышке». И путь к ней знаком, навеян воспоминаниями.

В 2001 году для того чтобы обеспечить доставку снаряжения и саму диверсионную группу на объект, расположенный в тридцати пяти километрах от Тбилиси, Марковцев провел большую работу. Он заключил договор с администрацией аэродрома о поставке светосигнального оборудования и получил возможность легально изучить объект. Он даже побывал в подвалах, исследовал систему ливневых стоков. Он не мог поверить, что спустя восемь лет ему пригодятся все прежние наработки. В этой связи он подумал о безотходном производстве. И начал отсчет ошибок противника, едва встретил вооруженного охранника на своем пути. Он и еще один, но пусть их будет двое, – вот и вся охрана важнейшей точки. Снайперы представляли грозную силу, но к ним можно было легко подобраться.

Марк прошел в служебные помещения через узкий неприметный коридор. Площадка справа вела в хорошо освещенный подвал с его коммуникационными сетями, включая телефонную линию и кабели антенн сотовой связи. Лестница, ведущая наверх, находилась дальше.

Четыре пролета Марк преодолел на одном дыхании, никого не встретив. И только на входе в технический этаж стоял охранник. Он был одет в темно-синюю униформу, на рукаве шеврон, говоривший о его принадлежности к службе безопасности аэродрома.

– Посторонним вход воспрещен, – предупредил он загодя по-грузински.

– Я не понимаю, – Сергей развел руки в стороны, заодно демонстрируя, что не вооружен. – По-русски можешь сказать?

Он опустил руки, видя, что охранник взялся за рацию. Выхватив из-за пояса пистолет, Марк взвел курок и нажал на спусковой крючок. Времени у него на это ушло меньше, чем у охранника переключить рацию на передачу.

Сергей не дал ему упасть на пол. Подхватив его под мышки, он свернул с ним в короткий коридор, в конце которого находился туалет и выход на крышу: металлическая лестница, упирающаяся в люк.

В этой части здания шел ремонт, и строители приспособили туалет под склад. Опустив тело охранника на пол, Марк закрыл его рулонами обоев.

Он точно знал, что выйдет снайперской паре за спину. У них самая выгодная позиция в левом углу, что он минутами раньше наблюдал в бинокль. А теперь ему выпала возможность увидеть это со спины и вблизи. При первом же взгляде он понял свою ошибку. На крыше капитального ангара, который был ниже «вышки», он четко разглядел полицейскую пару: легко одетые, они были вооружены «легкими» винтовками классической формы – начиная с приклада и заканчивая цевьем, – это визуально. Может быть, это были «ремингтоны». А здесь облюбовала себе место пара из подразделения антитеррора.