«Коллапс», – улыбнулся, наконец-то улыбнулся Шерхан. Марк пытается вывести его из состояния равновесия. Но неужели он так глуп? Он сделал все наоборот: подстегнул Джемала.

– Ты невероятный человек. Тебя столько раз убивали... У тебя, как у кошки, девять жизней? Но восемь из них ты уже прожил.

Они оказались друг против друга, их разделяло всего пятнадцать метров. Они одновременно спустили курки. Марк – с уходом в сторону. Шерхан бросился за ним, стреляя на ходу. Он добился своего и загнал противника в угол.

Сергей уперся в стену. Свернул в узкий коридор-лаз, но выхода из него не было. Уйти в другую сторону ему не дал Шавхелишвили. Он отсек его плотным огнем из пистолета. И – повисла пауза. Марковцев легко понял, что стоит за ней: Шерхан, опустошив магазин, менял обойму. На Марка свалился шанс. Как будто Ариадна не оставила его в этом лабиринте и бросила к его ногам спасительный клубок. Он в свою очередь опустошал магазин, стреляя в проход под острым углом. Шерхан остановился в метре от выхода, и его посекло камнями. Ему оставалось лишь вогнать магазин в рукоятку пистолета...

Сергей, отстреляв все патроны, швырнул щелкнувший затвором пистолет в стену. Он выбежал в коридор. Не снижая скорости, оттолкнулся от стены и с лета ударил Шерхана ногой в голову. Падая, Джемал выпустил из рук оружие. Он перекатился через плечо и оказался на ногах быстрее, чем Марковцев приобрел равновесие. С разбитой брови по щеке, огибая крутую скулу, стекал ручеек.

– Прорвало ауру? – спросил Марк. – Подождать, когда ты заштопаешь?

Шерхан первым пошел в атаку – короткими быстрыми шагами. Он имитировал удар левой и вложил в удар правой всю силу. Марк ушел с линии атаки, подныривая под руку противника. Выпрямляясь, он ударил его кулаком в подбородок.

Шерхан умел держать удары. И в свою очередь обрушил на плечо Марковцева свой локоть. Ноги Сергея подкосились, и он грохнулся на колени. Шерхан двинул его ногой. Легко оторвав от земли, он швырнул его о стену. Сергей ударился головой и сполз по стене. Обычно после таких ударов спрашивают: «Кто выключил свет?» Голова Марка загудела. Он понимал, что Шерхан, по сути, сделал его. Он мог только бежать, сунув противнику эту возможность – гнать и гнать зверя. И он отступил. Он не видел усмешки, исказившей лицо Джемала, не услышал его шумного дыхания за спиной. Шерхан – охотник. Он отпустил жертву, чтобы снова догнать, насладиться погоней.

Марк бежал к выходу, качаясь из стороны в сторону. Каждая секунда передышки для него на вес золота. «Каждая жиринка – витаминка».

Он не дал Шерхану заскучать и встретил его на выходе из амфитеатра. Они стояли друг против друга на расстоянии вытянутой руки. Марку словно дали отмашку: «Бокс». Качнув плечами, он правой нанес удар в голову Джемала. Тот, словно был легковесом, шагнул вперед и в сторону с нырком под атакующую руку Марка. Оказавшись со стороны его правого бока, он коленом ударил его в живот. Сергей покатился по камням. Встал, пошатываясь, и поднял руки к подбородку.

– А ты крепкий орешек. – Шерхан не торопясь двинулся ему навстречу. Бросил взгляд на Артемова и прочитал мысли полковника по его отчаянным попыткам достать пистолет, отгрызть руку, но достать. Тщетно.

Шерхан посмотрел поверх головы Марка, как будто того не существовало. Он даже порассуждал вслух:

– Этот кретин у миномета умер?

– Я убил его, – внес ясность Марк, по-прежнему покачиваясь. И прервал размышления противника. Он шагнул навстречу и провел двойку. Джемал снова ушел от прямого в челюсть, предплечьем не только блокируя удар, но и переходя на захват запястья. Он рванул Марка на себя, имитируя удар в подбородок, захватил шею и пригнул. Дальше он буквально скрутил противника, подняв руку, и опрокинул на землю.

Марк скатился еще ниже. Вскочил. Отбежал к горящей машине, а дальше его словно не пустил огонь.

Он поднял руки и опустился на колени. Дважды облизнул окровавленные губы.

– Сдаюсь, – прохрипел он. Опустил глаза. Медленным поворотом головы обозначил предмет, на который смотрел, и этот жест предназначался Шерхану, и только Шерхану. И снова его горло и гортань прорезал хрип: – Пить... – Он тяжело сглотнул. Выдавил несуразное: – Полцарства за глоток воды. Мы же во дворце царицы...

Шерхан не скажет: «Пей!» Не сделает одолжения: «Хочешь попить перед смертью – попей». Он не разразится издевкой: «Перед смертью не напьешься». Надо брать инициативу в свои руки. Он выиграл поединок, и снисхождение написано на его лице.

Сергей протянул руку к бутылке. Воды в ней осталось чуть больше половины. Чуть больше литра. Остальное вылилось тонкой, толщиной со спичку, струйкой, и воду эту поглотил песок. Он открутил крышку. Поднес бутылку к губам и с наслаждением сделал один, другой глоток. Он загородился ею от Шерхана и скосил глаза на гранату... Ее наполовину занесло песком. Но все же «отличительные» ее черты были видны. Это и тончайший слой масла, и краска.