– У тебя чистый греческий язык, как будто ты тут родилась. Что ты задумала?

– Пока ничего. Просто думаю.

Максимилиан постоял немного и сел рядом.

– Мне не нравится этот план.

– А мне не нравится, что ты сомневаешься во мне!
– огрызнулась Лина, начиная злиться.
– Думаешь, я хочу тебя отпускать одного на поле боя? Я каждый раз себя сдерживаю, чтобы не встать у тебя за спиной и убивать каждого кто приблизится, - сказала она и замолчала, видя, как Максимилиан улыбается.
– Мне нужно подумать. Туда долго ехать?

– Дней десять, возможно, дольше.

Лина переместилась на колени мужа и задумалась. Как-то это всё быстро произошло, и мысли не могли успокоиться, перескакивая с места на место.

Скорей всего их штаб не сильно отличается от того, что она видела под Митавой, может только размерами. И лагерь ставят не как придётся, а по каким-то правилам. А ещё нужно, где-то раздобыть краску для волос, а то золотые локоны жены царя уже были известны всем. Хорошо, что они быстро отросли, а то он переживал из-за этого.

Максимилиан изучал лицо жены, провёл пальцем по линии бровей, погладил скулу вдоль тонкого шрама, опустившись к подбородку, дотронулся до губ, наслаждаясь их мягкостью. Лина начала закрывать глаза от удовольствия.

– Ты мне мешаешь, иди, займись государственными делами, - поспешила сказать она, и убрала его руку, вспомнив, что специально пришла сюда, чтобы подумать.

– Что?!

– Максимилиан, правда, я хочу всё обдумать и завершить приготовления в Афинах. В пути мне это будет тяжело делать. А времени мало.

– Хорошо, - кивнул он, и Лина благодарно улыбнулась ему за то, что он не стал спорить. Максимилиан поцеловал жену, встал и быстро скрылся за дверью.

Лина закрыла глаза. "Всё-таки я правильно сделала, что оставила за собой свою старую комнату", - думала она. Хотя Максимилиан и громко ругался, что его жена не может жить в гостевых покоях, но ей тут было как-то спокойно. Она приходила сюда побыть одной и подумать, или когда нужно было сшить новое платье. Иногда тут оставались Дианта с Юлианом, но уже редко, у них был свой дом, подаренный полководцем, и они радовались ему как дети.

– Лина, хорошо, что ты тут, - вдруг в комнату влетела взъерошенная Дианта. Легка на помине.

– Что случилось?

– Юлиана отправляют во Фракию, - чуть не плача сказала девушка и села рядом, хватаясь дрожащими руками за подол своего хитона.

Лина поняла, что она имеет в виду. Дианте пока ещё не приходилось отправлять мужа на войну, и теперь очень волновалась по этому поводу.

– Ди, он солдат, ты знала это когда выходила за него замуж, - сказала Лина, поднимаясь с кровати, и, утешая, погладила подругу по голове.

– Я знаю, но всё равно переживаю, а вдруг он не вернётся? Как я буду без него?

– Хочешь мой совет?
– спросила она и Дианта кивнула, шмыгнув носом.
– Не говори ему, что ты переживаешь, он будет думать о тебе и не сможет сосредоточиться на сражении. А ему нужны все его мысли и силы, чтобы биться с врагом и не умереть. Скажи, что ты веришь, что он вернется, и будешь ждать его. Он должен уехать спокойным и уверенным в себе.

– Легко тебе говорить...

– Я тоже еду во Фракию, я и Максимилиан, и ещё куча народу.

Дианта подняла глаза и испугано уставилась на подругу.

– Ди, иди к своему мужу, подбодри его. Завтра ты мне будешь нужна на весь день, а вечером я ему тебя верну. Договорились?

– Да, спасибо, - кивнула Дианта и ушла.

А Лина вернулась в кровать и погрузилась в свои мысли.

Но лежать уже расхотелось, и она направилась в храм к Афине, попросила наградить её римским языком и попытаться выудить подробности о Фракии и римских войсках, но богиня, разумеется, ничего не сказала. Они вообще не любят что-либо говорить. Только приказывать.

К вечеру она вернулась к Максимилиану и не могла сосредоточиться на нём, продолжая перебирать в мыслях детали своего плана. Ей всё время казалось, что она, что-то забыла.

– Милая, ты заставляешь меня жалеть, что я согласился на эту сомнительную затею. Я даже не могу заняться любовью со своей женой из-за этого.

Лина подняла глаза и посмотрела на недовольное лицо Максимилиана.

– Прости, остался всего один день, а ещё многое нужно сделать. Я постараюсь пока не думать об этом.
– Лина притянула его к себе для поцелуя и прижалась к мужскому телу, ощущая стальные мышцы под своей рукой.