Мягко перевернула на спину, и оседлала его. Но полководец был в настроении для другой игры. Он с силой перевернул её обратно и поцеловал с яростью и страстью, которая бурлила в нём. Лина тихо засмеялась, радуясь такому напору, он ей нравился таким - диким и безудержным.

Максимилиан низко зарычал, почувствовав желание жены и её готовность принять его. Он широко раздвинул ноги Лины и вошёл в неё. Без прелюдий, без предупреждения. Нет, сейчас в нём проснулось животное, и оно требовало взять своё.

Девушка охнула, когда невероятное неожиданное удовольствие пронзило её тело, словно миллиарды звёзд, ярких и палящих.

Полководец редко был таким напористым и горячим, но всё равно продолжал быть необычайно нежным, любящим. Он двигался ровными сильными толчками и упивался своей властью над этой женщиной, - дерзкой, самовольной, сильной. А Лина выгнулась дугой, позволяя войти ещё глубже. Каждый раз, смотря на него, она не верила, что этот мужчина принадлежит ей. И что она готова на всё ради него.

Максимилиан ликовал от её страсти, реакции на его действия и получаемого ей наслаждения. Она извивалась в его руках, отзывалась на каждую ласку. И каждый раз смотря в прекрасное лицо жены, благодарил богов, что не убил её в первый день их знакомства. Простая женщина... смогла растопить холодное сердце царя.

– Скажи мне, кого ты страстно желаешь, - прорычал он ей на ухо.

– Тебя.

– Кто утоляет твой голод?

– Ты, мой полководец, - сбивчиво произнесла Лина, задыхалась от резких толчков, и с силой впивалась пальцами в мужскую спину, словно выпрашивая ещё и ещё.

– Тогда назови моё имя!

– Максимилиан!
– выкрикнула Лина от удовольствия, и поймала взгляд. Собственнический взгляд полный желания.

Её прекрасный и сильный полководец, муж.

– Моя, только моя.

Его горячее дыхание обжигало кожу.

Максимилиан торжествовал, видя наслаждение своей женщины, она извивалась под ним, словно в агонии и страстно отвечала на его действия, цепляясь ногтями в руку, спину, призывая не прерывать ласки. Но очень скоро Лина вскрикнула от накатившей волны оргазма, задрожала, и её острые ноготочки впились в руку полководца с новой силой.

Он почувствовал сильную пульсацию вокруг себя и двумя сильными толчками присоединился к наслаждению жены, зарывшись в густые волосы лицом, и вдыхая её сладкий аромат. А она ещё несколько раз качнулась под ним, вызывая дрожь.

– Моё сокровище, - шептал ей на ушко Максимилиан, крепко сжимая в объятьях.

Разгорячённое тело Лины ещё подрагивало под ним, и она нежной маленькой ручкой зарылась ему в волосы, перебирая локоны. И от этого незамысловатого движения ему хотелось кричать от эйфории, и восхвалять богов за этот чудесный дар.

Она прижалась к мужу ещё сильнее. Её тело звенело он непередаваемого счастья, а его сильные объятия, в которых покоилась она, приносили покой и умиротворение. Он знает, что она любит и всегда делает это.

– Максимилиан, я люблю тебя. Люблю больше жизни.

На следующий день

Весь следующий день Лина вместе со служанкой собирали всё необходимое для похода во Фракию. Дианта пришла рано, разбудив Максимилиана, и очень смутилась этого. Но он был даже рад. У него также было много дел, которые необходимо было успеть закончить до отъезда.

– Ди, это очень вонючее? Мне нужно чтобы было естественно.

Лина с недоверием изучала краску для волос найденную служанкой, и странный порошок чёрного цвета вызывал у неё сильные подозрения.

– Она совсем не пахнет, и волосы будут как у Максимилиана чёрными, только не долго.

– Сколько?

– Дня три четыре. До этого момента никто не догадается что ты блондинка.

– Отлично.

Дианта показала, как пользоваться краской, и Лина удостоверившись, что сможет сделать это самостоятельно, успокоилась.

"Даже если по пути забуду, как наносить этот странный порошок, то попрошу кого-нибудь помочь", - подумала она. Дианта сказала, что, несмотря на то, что он очень дорогой, Греции пользуется невероятной популярностью, так как у Максимилиана волосы чёрные, и все желали быть похожими на него. Хотя тут у большинства жителей всё же волосы тёмного цвета и прямые, но и светлые оттенки встречались довольно часто.

Девушка улыбнулась, это было так мило.

– Теперь к оружейнику.